Планета Шеол стр. 427
был связан ранее.
Большой доктор захихикал.
— Бросьте умничать, хоть вы и мой господин, и начальник. Должен сказать, вы знаете нас — Норстралийцев, очень хорошо. Мы настолько свободно мыслящие, что если даже и предъявим Очсеку обвинение в убийстве, у него будет время еще много чего натворить, прежде чем его осудят по обвинению. Но это по цивилизованному методу! Горячие овцы! Пусть лучше Очсек просто не сможет никогда выбраться с этой планеты.
— Он и дальше останется Очсеком? — спросил Род.
— Что вы имеете в виду?
— У него останется должность Очсека?
— Да, — сказал Фишер. — Мы дали ему эту должность на две сотни лет, а проживет он всего лет сто двадцать. Он — несчастный парень. Большую часть отведенного ему времени он вынужден будет держать себя в цивилизованных рамках.
Наконец Род выдохся. Он поел. Маленькая сверкающая комната с ее механической элегантностью, влажным воздухом, звучащими голосами… Роду казалось, что он спит. Здесь стоял взрослый человек, рассуждающий так, словно находился на Старой Земле. Все собравшиеся интересовались делами Рода не потому что он был Родериком Фредериксом Рональдом Арнольдом Уильямом МакАртуром МакБэном сто пятьдесят первым, а потому что он был Родом — мальчиком, по сравнению с ними; мальчиком, который столкнулся с опасностью и которому улыбнулась судьба. Род оглядел комнату. Разговоры стихли. Все посмотрели на Рода, и тот увидел на лицах собравшихся то, чего раньше не замечал. Что же это? Это была не любовь. Внимание совмещенное с каким-то сортом удовольствия и снисходительного интереса. Род понял, что взгляды многозначительные. Собравшиеся поклонялись Роду, как обычно поступают сдержанные игроки в крикет, в теннис и великие следопыты… словно он тот чудесный Хопкинс Харвей — парень из другого мира, который выиграл борцовый матч с «тяжелым человеком», с Верелда Шемеринга.
И как их воспитанник, Род неопределенно улыбнулся собравшимся и почувствовал, что плачет.
Все стояли, затаив дыхание. Большой доктор — Господин и Собственник Вентворт, нарушив тишину, заметил:
— Время сказать Господину и Собственнику Фишеру. Род лишится всей своей собственности, если мы ничего не предпримем. Может он даже лишится жизни.
Лавиния вскочила и заплакала:
— Тебя, Род, не смогут убить…
Доктор Вентворт остановил ее:
— Садись. Мы не собираемся убить его. А вы прекратите эти глупости! Мы здесь все — друзья.
Род проследил за взглядом доктора и увидел, как Хоппер резко отдернул руку от большого ножа, который носил на поясе. Он был готов вступить в бой с любым, кто попытается напасть на Рода.
— Садитесь, садитесь, все вы садитесь, пожалуйста, — сказал Повелитель Красная Дамз, говоря как-то возбужденно с акцентом Земли. — Я — здесь хозяин. Садитесь. Никто этой ночью Рода не убьет. Доктор, садитесь за мой стол. Садитесь. Вы угрожаете или пробить мне потолок, или разбить себе голову. Вы, вы — Мадам и Собственница, тоже, — сказал он тетушке Дорис. — Теперь, доктор, мы сможем все обсудить.
— Не можете ли вы подождать? — спросил Род. — Я хочу спать. Вы же должны спросить мое мнение? Я не принимал никакого решения, и не приму, пока все не узнаю. Всю ночь я провел с компьютером. Потом — долгая прогулка. Птица Очсека…
— Вы уже ничего не сможете решить, если не решили это ночью, — сказал доктор твердо и уверенно. — Иначе вы
окажетесь мертвецом.