Планета Шеол стр. 92
знать, чем совсем потеряем друг друга. Всякое может случиться.
— Ты имеешь в виду этот «страх», о котором говорил Макт?
— Нет, Поль, не то. Мне все это просто не нравится. Может, с компьютером что-то не так…
— Послушай! — прервал я ее.
Из-за облаков до нас донесся крик, похожий на вой животного, но слова можно было разобрать. Наверное, это был Макт. Я услышал: «Будьте осторожны!» Я искал его телепатически, но не смог найти. У меня началось головокружение.
— Пойдем вперед, дорогая, — предложил я.
— Да, Поль. — В ее голосе были одновременно счастье, смирение и отчаянье.
Прежде чем мы двинулись дальше, я внимательно посмотрел на нее: она была моей.
Солнце только что закатилось за горизонт. В насыщенном желтом цвете неба ее каштановые волосы отливали золотом, а карие глаза в радужных оболочках стали черными. В выражении лица девушки, отдавшейся своей судьбе, было больше смысла, чем во всей Вселенной.
— Ты моя, — прошептал я.
— Да, Поль, — ответила она и радостно улыбнулась. — Как хорошо услышать это от тебя!
Птица, сидевшая на ветке, странно взглянула на нас и улетела. Наверное, она не слишком одобряла чепуху, которую несут люди, поэтому и растаяла в темном воздухе. Я видел, как она пикировала, а потом полетела медленно, еле шевеля крыльями.
— Мы не так свободны, как птицы, — заметил я, — но мы свободнее тех людей, которые жили тысячелетия до нас.
В ответ она только прижалась к моей руке и снова Улыбнулась.
— А теперь, — сказал я, — идем за Мактом. Обними меня посильнее и держись крепче. Я стукну по этому столбу. Если не обед, то хоть какую-то возможность более быстрого передвижения мы получим.
Я почувствовал, как она крепко обхватила меня за пояс, и изо всех сил ударил по столбу. По какому из них? За мгновение их промелькнуло перед нашими глазами огромное множество. Земля под ногами оставалась такой же устойчивой, но мы сами неслись с безумной скоростью. Даже в «подземке» не бывает таких скоростей. Платье Вирджинии издавало звук, похожий на треск ломающихся веток. В мгновение ока мы оказались в облаке и тут же покинули его.
Перед нами простирался теперь совсем другой мир. Облака висели под ногами и над головой. Вокруг сверкало голубое небо. Мы прочно стояли на ногах — древние инженеры хорошо сконструировали эту дорогу — и в то же время летели все выше и выше, не чувствуя головокружения.
Еще одно облако.
А потом все произошло быстрее, чем можно рассказать. На меня обрушился страшный удар. Боль была ужасной. Ничего подобного я не ощущал в своей прежней жизни. Не знаю почему, но Вирджиния вдруг упала на меня, и потом начала тянуть за руки. Я хотел сказать ей, чтобы она отпустила меня, что мне больно, но у меня не хватало дыхания. Я боролся с ней. И только потом я понял, что подо мной ничего нет: ни моста, ни посадочной полосы — ничего. Я находился на самом краю бульвара, на развалившейся его части, через пролом внизу была видна лента реки или дороги.
Оказалось, что мы перескочили через большую пропасть и при этом я ударился грудью о край обрыва. Но боль не имела значения. «Сейчас придет врач-робот и вылечит меня», — подумал я. Но,