Библиотека

Плаванье великой черепахи стр. 243

Размер шрифта
-
+
Тема
Ржави ни на ноготь! И это за две сотни кип дней… А еще они звучат. Если прикрыть глаза и сосредоточиться, можно разобрать голоса. Я семь связок дней стоял в дозоре у моста, наслушался. Это нетрудно, надо лишь время выбрать. Вот потому и хочу вас туда доставить перед восходом. Зрец буркнул под нос короткую благодарность и отвернулся, рассеянно гладя Бафа по рыжему пушистому меху. Нелепо, ребячливо и нечестно отгораживаться от спутников. Но сегодня ему особенно сильно хотелось не зрить, а всего лишь видеть. В молодости и он, чего греха таить, грезил о величии и поклонении. Зрение тогда казалось весьма скромной платой за обретенную уникальность. Он лежал и смотрел на жестокое полуденное сияние летнего Адалора. Кровь ампари, о дальнейшей судьбе которого до сих пор страшно и стыдно вспомнить, стекала по лицу, как слезы. В мутном горячем ее течении Адалор казался мрачным и зловещим. Багровым, страшным, разгневанным. Ёрра говорил о своих ощущениях гласеню, отвечавшему за его воспитание. Самонадеянно и в то же время испуганно уверял, что уже зрит. Что Адалор недоволен уничтожением отродий, принадлежащих его брату Роллу. И что однажды он отвернется от своих детей, позволит Роллу взыскать с них все долги… Гласень смеялся в ответ. Все при обучении блажат. Считают себя пророками, хотя их единственное назначение - указывать на тварей и обличать ложь собеседников маэстро. После первого дня Ёрра сохранил значительную часть зрения и обрел странное, мучительное и назойливое желание поговорить с тем кровопийцей, которому обязан и скорой слепотой, и следующим за ней уделом провидца. Теперь Ёрра понимал: та тяга была воздействием ампари, пытавшегося использовать свой последний шанс избежать обращения. Кровь сделала то, что требовалось. Ночью Ёрра прокрался во внутренний двор, к узкой щели, наклонно уходящей вниз, в подвал, к камере. В багровых отсветах Ролла зрение ненадолго ожило, помогая не спотыкаться и избегать встреч со светцами. Пленник ждал. Жалкий и совсем не страшный: с выломанными за спину надежно скованными руками, со следами ожогов и побоев. Тощий, грязный, едва способный стоять на ногах… "Принеси мне яд!" - прошептал он. От этих слов Ёрра очнулся, обрел полноту контроля над своим сознанием и пошел прочь. Вслед ему доносился шепот. О том, как страшно стать краснокожим и всю жизнь убивать. Как мучительно люди пытают, выведывая секреты изготовления оружия. И еще прозвучало обещание дать избавителю настоящий дар зреца, а не жалкие крохи, достающиеся прочим. Дар уже жил и вещал. Уверенно усмехался: обещания лживы. Сжимался в тоскливом отчаянии: все иные слова - правда… Он ушел со двора. Он до самого восхода Адалора убеждал себя: нельзя помогать твари, поддавшись наваждению. Узнают - в лучшем случае убьют. Он слаб, он плохо видит и это не его родич! Когда Адалор взошел, сияние Белого хлестнуло по глазам, угрожающее и требовательное. Ёрра сдался. Чувствуя себя предателем, трусом и бунтарем одновременно, он вернулся во двор, пошел вдоль стены, ощупывая ее поверхность, как и подобает слепцу. И ссыпал в щель несколько крошечных кристаллов. Зрец еще помнил их цвет, желтый, хотя уже не различал его. Ёрра проделал все это на глазах зрячих светцов, и те ничего не заподозрили! "Спасибо", - почти без звука прошептал голос где-то
Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.