Плаванье великой черепахи стр. 68
ими в отличие от айа состоит из сотен мелких синих и розовых чашечек с соком, окруженных тонкими иглами сиреневых лепестков, многочисленных и нежных. Сбор нектара ими - процесс трудоемкий и сложный. Впрочем, время есть. Вот старейшина закончил обследовать первое соцветие и спустился, чтобы перелить в большую емкость добытое. Снова занялся своим делом. И опять перелил. Собрался в третий полет. Но не успел. Кромка неба озарилась багрово-алым светом. Снег порозовел, ветер наполнился переливами теплых тонов, ожил, сделался объемным. В недрах бурана вспыхнули радуги, сплелись сложным узором, заполоскались яркими порывами сияния. Разлились на полнеба. Гномы одобрительно зашумели, щурясь на ставший избыточно ярким свет. Итао заторопился, расставляя чашечки и разливая угощение. Руки старейшины предательски дрожали. Он никогда не смел мечтать, что доживет до начала весны и сможет в первый настоящий солнечный день угостить всех нектаром ими. А вот исполнилось, сбылось. Изоэ улыбнулся и подмигнул сиянию у самого горизонта. И рассмеялся. Ему вдруг подумалось, что снег в тени похож на пепел. Что зима сгорела! Неважно, что весна начнется не слишком скоро. Даже к лучшему. Ведь тогда, увы, Ами улетит. При его жизни вряд ли она вернется. Впрочем, у рода Айа есть все причины гордиться и радоваться. В корпусе черепахи растет цветок. Кусочек мира Дзоэ'та, который будет странствовать вместе с Ами. Станет допустимо именовать ее Ами'та, ведь запах лета отныне живет и в воздухе ее мира. А солнце мира Дзоэ'та теперь обрело много имен и собственную душу! Весна - настоящая, растопившая льды и греющая оголившуюся на экваторе мира темную кожу почвы, - пришла спустя двадцать циклов. Конечно, промерзшая корка прогревается медленно, погода по-прежнему сурова. Снеговые тучи то и дело угрожают осадками, сизо-чернильными пятнами уродуют горизонт. Хорошо, что есть и гномы с их знаниями, и магия. Изоэ, например, так и не утратил полностью связь с солнышком и успешно отстаивает у непогоды этот первый участок оттепели. Дали'айа думала неспешно и почти сонно. Рано, утро еще только роется в своем шкафу, выбирая платье. А она, взрослая и серьезная и'наэ, климатолог, уважаемый даже среди гномов, уже выбралась на поверхность, чтобы взглянуть на рассвет. И сверить увиденное с прогнозом. Усмехнулась - все точно. Сегодня солнышко явно выглядит капризной Рысей, а не благородной Алези. Рыжее, в странных ало-золотых переливах огненного узора. Веснушчатое, как говорят и'наэ. Значит, опять там, на поверхности светила, нешуточная буря. Рыся приводит в порядок себя. Разогревает и оживляет поврежденную болезнью и совсем мертвую плоть светила. Вскрывает очередную порцию "консервов" с чистой энергией. Пытается осознать себя и прислушаться к едва признаваемым родными голосам. Вторые сутки ей советуют наперебой, изводя все силы, и Рахта, и гномы… Завтра придется отсиживаться в пещерах. Детей загонять по домам и заклинать вместе с гномами щиты против солнечного ветра. Живое оно, совсем молоденькое и творит, подчиняясь настроению эфрити Алези, что вздумает. Дали'айа деловито оглядела поросль молодых цветов. Убедилась, что не замокли и не подмерзли. Стряхнула в траву круглого жучка, зида. Сердито погрозила ему пальчиком. Вот уж кого не стоило спасать! Едва оттаял грунт, сами выползли, неуничтожимые и вездесущие любители мха. На западе золотым диском висит у горизонта Ами, спутник мира Дзоэ. Как без него станет
Переход на страницу