Плавучий город стр. 219
так. — Джон вздохнул. — Да, она любила меня, но какое это имеет значение? Об одном могу сказать с уверенностью — она для меня полная загадка.
— Наверное, вам это в ней и нравилось.
— М-да, верно, это всем мужчинам нравится. До известных пределов. Но для нее это было больше, чем игра, уверен. Если она становилась серьезной, она бывала чрезвычайно серьезной. Так, что пугала меня. Я никогда не боялся людей. — Его лицо исказилось в кривой усмешке. — В этом, думаю, преимущество моего огромного роста. Но иногда я замечал, что Веспер внушает мне непонятный страх.
— Каким образом?
— Она очень умна. — Джон покачал головой. — В самом деле, слово «умная» — самое точное определение для нее. Временами у меня появлялась уверенность, что она понимает меня так, будто проникает в мое сознание. Но было и другое — иногда казалось, — он пожал плечами, и в этом его недоумении сквозила мука, — что она даже не подозревает о моем существовании.
Джон взглянул на часы.
— Ну, мне пора работать.
— Неужели вам больше нечего сказать мне?
Огромный человек повернулся к нему и вздохнул:
— Абсолютно нечего.
— Мистер Архам, похоже, у Веспер большие неприятности.
— Это серьезно?
— Очень серьезно, речь идет о ее жизни или смерти. — Кроукер почувствовал угрызения совести: он обманывал Джона. Но сейчас у него
не было выбора. По опыту детектив знал, что люди не очень-то любят раскрываться перед посторонними, поэтому приходится искать их уязвимое место, а потом воздействовать на него всей мощью. Джон сам невольно показал, где его уязвимое место, — это Веспер. Что бы ни произошло между ними, он по-прежнему любит эту женщину.
Архам сделал шаг к Кроукеру.
— Послушайте, если мне есть что добавить, как это поможет ей?
— Мне надо понять ее, Архам. Пока вина не доказана, она невиновна. Чем лучше я буду знать Веспер, тем больше у меня будет шансов спасти ее. Вы же хотите этого, не так ли?
Туман сочился вокруг, грязная вода бежала мимо них в узком русле, вдали слышалось рокотание дрели, сверлившей бетонный пол, — до этого момента все вокруг воспринималось Кроукером как фон, как воспринимают шипение в плохой записи, сосредоточившись исключительно на музыке.
Сунув руки в карманы, Джон взглянул на механическую руку Кроукера.
— Неплохо Сделано. Удобно?
Детектив огляделся вокруг и увидел у стены здания старый ржавый лом. Сунул его между двух обнажившихся балок, схватился механической рукой, нажал с усилием. Лом поддался, обвиваясь вокруг балки, согнулся в букву "и".
— Отлично, но держу пари, вы предпочли бы свою, живую.
По тому, как Архам сказал это, было ясно: он чувствует, что потерял нечто такое же ценное, как рука. «Может быть, это к лучшему, — подумал Кроукер. — Будет проще, если он думает, что у нас есть нечто общее».
Джон огляделся, как будто боялся, что их подслушают.
— Дрянь, — тихо сказал он. Потом поднял голову и, глядя в глаза Кроукеру, начал: — Однажды, когда она исчезла, я в отчаянии бросился искать ее. Пошел домой к ее родителям.
— К Харкастерам.
Архам кивнул. Капельки конденсата, осевшие на его защитном шлеме, скользили по твердой поверхности, как будто металл плакал.
— Я не знал, чего ждать от них, — о родителях Веспер почти ничего мне не говорила. Даже и речи никогда не было