Плавучий город стр. 305
отсюда, вот тогда и поговорим на улице.
Николас кивнул в знак согласия и вместе с Тати направился обратно к бару. Зао провожал их взглядом.
— Что-то не верю я этому парню, — сказал Тати. — Он в бешенстве, что проиграл, особенно тебе.
— Согласен.
Николас заказал выпивку для себя и Тати.
— У нас теперь нет выбора. Мы сами привлекли к себе его внимание, и теперь нам нужно постараться сделать так, чтобы он не пригвоздил нас к стенке.
Было уже поздно, когда Зао вышел из ночного клуба. Николас и Тати вышли вслед за ним. Дул холодный ветер, и красные фонари вдоль узенькой улочки бешено крутились вокруг своих железных креплений. На улице было совсем мало народа и всего несколько машин, припаркованных к тротуару.
— Куда это он направился? — удивился Тати, провожая Зао взглядом. — Похоже, говорить с нами он не собирается.
У Николаса было такое же чувство.
Передние фары машины, стоявшей прямо перед ними, зажглись, облив их ярким светом. Затем в слепящем свете фар возникла мощная фигура Зао, похожая на силуэт черной птицы.
— Ты проиграл мне, — крикнул Николас. — Время платить долги.
— Я хочу переиграть.
Голос Зао, сопровождаемый эхом, раздавался по всей пустынной улочке.
— Забудь об этом, — сказал Николас. — Ты проиграл. Прими же это как неизбежность.
— Я не могу забыть, что проиграл тебе, полукровке.
— И ты не собираешься сдержать свое слово?
— Что значит мое слово для итеки!
— Тогда у тебя нет чести, — сказал Николас.
— Глупая шутка! Что может варвар знать о чести!
В его огромном кулаке блеснул револьвер, похожий на живую и злобную тварь.
— Ты для меня все равно, что насекомое, которое имело глупость оказаться на моем пути. — Зао двинулся к Николасу. — Убирайся с моей дороги, или я раздавлю тебя!
И в этот момент Линнер метнулся вперед. Он услышал щелчок предохранителя и действовал инстинктивно, ибо времени на раздумье у него не оставалось. Вместо того, чтобы двинуться к Зао напрямую, Николас захватил револьвер правой рукой и резко качнулся всем телом вправо. Одновременно ребром левой ладони он нанес мощный удар по бедру Зао. Тот застонал, левая нога перестала его слушаться. Николас выхватил револьвер из его правой руки и стал выкручивать кисть, пока не услышал хруст костей. Почти в бессознательном состоянии Зао рухнул к его ногам, и тут Николас услышал топот кожаных подметок по тротуару — это были пехотинцы Зао!
Тати схватил револьвер и, пригнувшись к земле, выстрелил по фарам машины. Свет погас, и лица приближавшихся телохранителей стало трудно различить.
— Эта драка вас не касается, — сказал Сидаре тихим голосом. — Ваш оябун нарушил клятву, поступил бесчестно, он один виноват в том, что случилось. И вы не обязаны за него мстить.
Линнер ощутил, что в воздухе повисло напряжение, как бывает во время грозы. Кобуны не двигались, но и не уходили. Тогда Николас сам заговорил с ними. Его голос гипнотизировал их. Этому Линнер научился, когда осваивал тау-тау. Постепенно напряжение стало спадать, однако Николас знал, что под воздействием гипноза кобуны будут оставаться недолго, поэтому он, продолжая говорить, жестом велел Тати поднять Зао с земли и запихнуть его на заднее сидение своей машины. Сидаре сел за руль и завел двигатель. Одним прыжком Николас оказался рядом с потерявшим