Плавучий город стр. 313
связи с Роком и Плавучим городом.
Но Джонни Леонфорте был представителем Годайсю в Америке и в прошлом году был также убит. Так кто же направлял нескончаемый поток краденого у правительства США оружия из УНИМО? Вероятно, это был человек, нанявший Леонфорте и к тому же курировавший УНИМО, — сенатор Ричард Дедалус!
* * *Старая сгорбленная женщина проковыляла по дорожке, выложенной камнем, остановилась и потянула за толстую пеньковую веревку — зазвенел бронзовый колокол. Стоя перед храмом Синто, старуха дважды хлопнула в ладоши, поклонилась разбуженному ею ками и начала свои молитвы. Глядя на нее в окно, Николас продолжал допрашивать Зао, но тот твердил,
что ничего не знает, и даже пытался их запугать:
— Считайте себя мертвецами. — Зао переводил взгляд с Николаса на Тати. — Вы даже не представляете... — Он не докончил, так как его рот открылся от удивления, когда Сидаре закатал рукав рубашки и показал ему свою татуировку ирезуми.
Зао сидел в кресле со связанными за спиной руками. Лицо его пылало ненавистью, а глаза говорили: кто бы ты ни был, здесь, в Киото, ты никто, и для меня ничего не значишь.
Николас, наблюдавший из окна за старухой, молившейся у храма, перевел взгляд на Сидаре. Они приехали в этот Отель Любви потому, что здесь жильцам, как правило, не задавали лишних вопросов. Отель был расположен на небольшой боковой улочке квартала Джи-он. Это уродливое железобетонное здание находилось рядом с множеством старых ресторанчиков совершенно иной архитектуры, а неподалеку стоял прекрасный храм Синто, одна из достопримечательностей Киото.
— Так мы ничего не добьемся, — шепнул Николас Тати. — И время работает против нас.
Сидаре кивнул.
— Знаю. Можешь не сомневаться, люди уже рыщут по городу в поисках своего босса. И если его оябун уже знает, что...
Николас понимал, о чем говорил Тати. Если имя Сидаре каким-то образом будет замешано в деле похищения Зао, это может привести к серьезной схватке за честь между ним и оябуном Зао.
— Он знает, что время работает против нас, — сказал Николас. — Мы должны заставить его рассказать все, что он знает, и смыться из Киото прежде, чем его люди найдут нас.
Повернувшись к Николасу, Тати тихо, чтобы Зао не услышал, сказал:
— Не волнуйся. Он расскажет нам все, что нужно, а потом даже и не вспомнит об этом.
Тати встал перед Зао, слегка расставив ноги. Его руки свободно висели вдоль тела, пальцы рук были расслаблены. Он глубоко дышал. Зао уставился на него как на помешанного.
Сосредоточившись, Николас почувствовал, как Тати постепенно концентрирует свою психическую энергию — так гадюка перед атакой свивает свое тело в кольца. Но только в тот момент, когда Тати начал нараспев свой монотонный монолог, Николас осознал всю чудовищность того, что должно было произойти.
Мысленным взором он почти воочию видел, как сливаются два потока — свет и тьма, Акшара и Кшира, две полярные противоположности тау-тау. И, как по волшебству, перед ним возникла киу, сферическая оболочка тау-тау, внутри которой он увидел луч света, Акшару, и его темную противоположность, Кширу. Обе эти половины свивались и закручивались между собой подобно молекулам ДНК. Наблюдая за ними, Николас понял, что сбылись его худшие предположения. Он узнал эти темные узелки в структуре Кширы. Кансацу, его учитель