По найму стр. 62
жизни, нет ничего притворного, фальшивого, и я постепенно начала понимать, что мир не замыкается стенами моей комнаты, — ощущение, которого мне так не хватало. Общение с вами помогло мне преодолеть свое одиночество. Уж вы-то, наверное, никогда от него не страдали, не так ли? Скорее наоборот, вам иногда, должно быть, очень хочется побыть одному.
— Порой мне бывает одиноко, — сказал Ледбиттер. — Очень даже одиноко, — добавил он.
— Несмотря на вашу занятость, на семью и детей?
— Да, да, несмотря на все это, — подтвердил Ледбиттер. — Но вы больше не страдаете от одиночества, миледи?
— В общем-то нет, — ответила леди Франклин. — Иногда, правда, мне бывает одиноко, но как-то совсем по-иному. Теперь мне хочется общаться. Раньше не хотелось.
— Мне тоже хочется общаться, — сказал Ледбиттер.
— При том, что вы все время на людях?
— Это не совсем одно и то же, — пробормотал он, — это не совсем одно и то же.
— Когда же вам бывает одиноко? — заинтересовалась леди Франклин..
— Когда мне бывает одиноко? — переспросил Ледбиттер. — Вы, наверное, удивитесь, миледи, но мне бывает одиноко, когда рядом нет вас.
— Мне приятно это слышать, — ответила леди Франклин, но, поняв по выражению его лица, что сказала что-то не то, поспешила поправиться: — Я хотела сказать, мне приятно, что вы так ко мне относитесь, приятно, что без меня скучаете.
Ледбиттер оставил эту реплику без ответа.
— Мне одиноко без вас, — сказал он, отчетливо выговаривая каждое слово.
— Мне очень жаль, — забормотала леди Франклин, петляя, как загнанный заяц, — вернее, я рада, что вы помните обо мне, то есть очень жаль, что вам одиноко без меня... — Господи, что же она такое говорит!
В отчаянии она посмотрела на водителя. Давно свыкнувшись с мыслью, что испытывать одиночество — это печальный удел ее
самой, она никак не могла взять в толк, что кому-то может быть одиноко без нее, тем более невероятным казалось, что этот человек Ледбиттер, у которого есть клиенты, жена, дети...
— Вам, наверное, кажется странным, что мне одиноко без вас? — не без вызова спросил Ледбиттер.
Только теперь леди Франклин начала понимать, что дело приняло серьезный оборот. На эту мысль ее навели не столько его слова, сколько интонации. Она попыталась ответить — но не на интонации, а на слова:
— Мне очень жаль, что вам без меня одиноко, — проговорила она, стараясь проглотить «без меня». — В самом деле, мы так много были вместе. Но мне казалось, что ваша жена...
— Забудьте о ней.
— И ваши дети...
— И про них забудьте!
— Но как я могу про них забыть, — запротестовала леди Франклин, — когда вы столько про них рассказывали. Вы даже обещали меня с ними познакомить.
— Забудьте про них про всех! — чуть было не сорвался на крик Ледбиттер. — Их нет в природе! Они не существуют!
— Не существуют? — растерялась леди Франклин.
— Нет. Существуем только мы с вами — вы да я.
В его глазах была отчаянная, хоть и непонятная мольба. Казалось, они взывают