Победитель невозможного стр. 16
смотри, Нюрка, никому ни слова.
— Здорово! — хлопает в ладоши Нюрка. — Я никому не скажу. Макар, хочешь я принесу тебе провод? Я на лестнице видела.
— Давай, — соглашается будущий силач.
Нюрка убегает и возвращается с тяжелым мотком провода.
— Спасибо, старуха! — хвалит ее изобретатель.
… Через полчаса Макар включил провод в сеть.
В штепселе сверкнула миниатюрная молния, дом погрузился в темноту. Макар отыскал ручной фонарь, осветил свой чертеж.
— Теперь всегда будет темно? — спрашивает Нюрка.
Она боится темноты, но не выдает самого сильного человека.
… Короткое замыкание выручило Сергея Сыроежкина: в темноте он улизнул из дома.
Вот уже полмесяца Сергей вел странный, с точки зрения родителей, и обычный, с точки зрения астрофизика, образ жизни. Днем Сергей зевал, клевал носом, а с наступлением темноты в нем пробуждалась энергия. Сыроежкин отказывался смотреть телевизор, даже если транслировался хоккей, сидел до полуночи над графиками, таблицами, картами звездного неба. А когда родители засыпали, потихоньку ускользал из квартиры.
Он забирался под самую крышу. Здесь, в укромном уголке, была устроена настоящая обсерватория. Два стула, походный стол, подвешенный фонарь, карты и фотографии. В открытое окно нацелена труба самодельного телескопа. Знаменитый Эйнштейн сказал, что идеальным местом для ученого был бы удаленный от мира маяк.
Только ученый может оценить приятные минуты одиночества. Человек и
Вселенная наедине друг с другом. Зоркие, как у рыси, глаза Сыроежкина различают звезды до восьмой величины, а телескоп приближает далекие галактики. В галактиках есть огромные, в сотни миллионов солнц, звезды; это — звезды-старушки, им восемь миллиардов лет; увидишь такую — и будто заглянул в глубь времен, в самое «начало мира», когда не было еще ни Солнца, ни Земли.
Но есть и звезды-младенцы; совсем детского возраста — в один миллион лет. Они светят спокойно в ночном небе, но однажды, буквально на наших глазах, взрываются, разгораются, как зажженная в темноте лампочка, потом угасают. Астрономы говорят, что родилась сверхновая звезда, и заносят ее в особый список. Изучая сверхновые, ученые пытаются разгадать механизм рождения звезд.
Сотни таких звезд в списке астрофизиков, но еще никто не наблюдал сверхновую до вспышки.
Телескоп Сыроежкина нацелен в звездное скопление Плеяды.
Здесь, по его с Электроником расчетам, должна вспыхнуть сверхновая.
В тот вечер, когда в доме погас свет, в обсерватории Сергея поджидал Электроник. Он зажег фонарь, разложил на столе снимки созвездия, где ожидалось рождение сверхновой.
— Откуда они взялись? — радостно спросил Сергей, разглядывая фотографии.
— Прислали обсерватории Крыма, Индии и Австралии, — сказал Электроник. — В ответ на вашу телеграмму.
— Так быстро? — удивился Сергей.
— Я принял их по телефону. Запомнил информацию, а потом напечатал. Ты знаешь, мой глаз — точная копия фотоаппарата.
— Обыкновенный гений науки, а также техники, — с удовольствием произнес Сергей.
С тех пор как Электроник смонтировал внутри себя радиотелефон, он стал незаменимым для восьмиклассников, решивших доказать, что гении могут быть в любом кларсе любой школы, если они трудолюбивы и не испытывают недостатка в информации. Справки из архивов, расчеты Вычислительного центра, даже описание самых сложных схем можно было получить по телефону Электроника. А если материал был слишком громоздким, если кому-то требовались фотографии, копии древних рукописей или рефераты докторской работы, Электроник печатал их на фотобумаге или на машинке.
— Бедняга ты, бедняга, — пожалел друга