Библиотека

Побег на Альфу Центавра (сборник) стр. 176

Размер шрифта
-
+
Тема

подлинности. А вот почерк художника? Как быть с ним? Специалисты признали именно почерк Джозефа Ламберта. Кто же смог изготовить такие копии? Кто смог не только подражать стилю Ламберта, что, по-моему, не так уж сложно, поскольку у стиля есть приметы, по которым его легко отделить от всего остального потока современной живописи. Наиболее интересной в творчестве этого художника была не техника исполнения, а литературно-философский смысл интерпретации понятий, чем и занимался в своих работах Джозеф Ламберт. Смотрите, что нужно было, чтобы имитировать стиль: придумать абстрактный фон и на этом фоне как можно точнее воспроизвести какой-нибудь предмет. Но чудо создаваемое Ламбертом проявлялось только тогда, когда полученное изображение сочеталось с названием, со словом. Тогда это сочетание вызывало у зрителя, а точнее созерцателя, определенные ассоциации. Картины требовали активного сопереживания, соавторства того, кто на них смотрел. Гениальность Ламберта – это не гениальность художника, это мастерство художника и несомненный литературный талант, тонкое понимание эмоционально-психологического мира людей. Почему я поверила Рут, а не специалистам? В этих трех картинах формально присутствовал тот же стиль, но… Они были более логичны, чем, например картина «Тоска», они скорее опирались на абстракции, рожденные разумом, чем на ассоциации, рожденные сердцем. Но, повторяю, формальные признаки стиля были очевидны. А для того, чтобы понимать то, что удалось понять этой милой девушке, мало было разбираться в живописи, нужно было быть еще и поэтом, психологом, философом, или просто человеком, любившим художника Джозефа Ламберта.

Значит, теперь остается вопрос подражания почерку художника. Мы имеем весьма интересное сочетание в одном лице неизвестного копииста – мастерство в подражании письму художника и неумение понять суть его замысла. Впрочем, это только мое мнение, возможно, вы, дорогой читатель, со мной и не согласитесь.

Теперь вернемся к роли господина Лорьена. Является ли он сам тем копиистом, который изготовил картины? Но тогда он, как минимум, должен обладать навыками живописца, Картины все же выполнены уверенной рукой мастера. Значит не плохо бы выяснить, обучался ли Морис Лорьен живописи? Где? Насколько успешно? Он – архитектор, значит, задатки художника у него должны быть. Способность к тонкому различению формы и цвета нужна не только художнику, но и хорошему архитектору.

Второй вопрос – это возможность вызвать у человека состояние, которое врачи диагностируют как инсульт на фоне гипертонического криза. То, что Ламберт никогда не жаловался на свое состояние здоровья, еще не значит, что оно у него было идеальным. Он мог не обращаться к врачам, приписывая свое недомогание усталости, или скверному настроению, разве с вами такого не случалось?

Но у Ламберта был наверняка семейный врач, к которому он, время от времени, все же обращался. Неплохо было бы поговорить с ним.

Нужно вообще поговорить с каким-нибудь врачом, чтобы выяснить, существует ли препарат, лекарство, при помощи которого можно вызвать микроинсульт, или хотя бы резкий скачок давления.

Но вернемся к событиям, которые происходили вокруг картин и людей, этими картинами заинтересовавшихся.

Глава 3. НЕОЖИДАННЫЙ ИЗЪЯН

– Как вы думаете, Лорьен говорит правду? – спросила я у Генри, когда рассказала ему обо всем, что произошло на вернисаже.

– У меня пока недостаточно информации, чтобы судить об этом, а как вы сами считаете? Вы ведь с ним говорили, какое он произвел на вас впечатление?

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.