Побег на Альфу Центавра (сборник) стр. 291
но... пользовались электронной почтой.
– Понимаю. А...? Впрочем, я сначала хотела бы знать, что было в этом письме, и лучше бы увидеть его.
– Да, разумеется, но сейчас у меня его, к сожалению, нет. Письмо было действительно интересным, впрочем, я ожидала, что будет нечто в этом роде... Не стану утверждать, что запомнила его наизусть, но, думаю, что не слишком ошибусь, излагая сейчас тебе его содержание. Оно было примерно таким:
Дорогая Анна. Я знаю, что мне нет прощения, но все же прошу тебя понять меня и простить. Ты ведь знаешь, что, когда мы познакомились, мое сердце было не вполне свободно. Но я надеялся, что время и мое отношение к тебе помогут мне залечить мою сердечную рану. Еще пару дней назад я считал, что все получилось, как задумывалось. Мне было хорошо с тобой, я совсем забыл о прежней боли, но вчера я увидел ее, ты ведь знаешь, о ком я пишу? Я понял, что бесполезно обманывать себя. Ты заслуживаешь настоящего счастья и настоящей любви. Я проведу несколько дней на острове Канти, а ты за это время сможешь убедить всех, что это ты разорвала нашу помолвку. Я легко смогу тебе подыграть. Ты ведь сделаешь это для меня? Да и для себя тоже. Есть еще один деликатный момент. Мы ведь сохраним наши дружеские отношения? Я понимаю, что ты не захочешь взять у меня ничего, но я тебя очень прошу! Я вложил небольшую сумму на твой счет, считай это подарком твоей сестре на ее шестнадцатилетие. Прости меня. Стив Кроун.Я пересказала, таким образом, содержание письма и посмотрела на Николь. Она задумалась, я видела, что она уже мысленно перебирает версии.
– Теперь я тебя, пожалуй, понимаю... Действительно, обратись девушка в полицию, кто бы стал ее заявление рассматривать всерьез после такого письма?
– Да, она мне сразу заявила, что это письмо – грубая подделка! Что она не верит ни одному слову из этой фальшивки! Но что ей скажут в полиции? Не показать это письмо она не могла, если бы подавала заявление об исчезновении своего жениха Кроуна. Имя Стива на конверте... Как минимум, почтальон мог об этом вспомнить.
– А как тебе самой показалось это письмо? – поинтересовалась Николь.
– Я тоже считала, что это произведение эпистолярной литературы принадлежит кому угодно, но только не Кроуну. Я его немного знала, его брат был моим клиентом, когда я еще занималась адвокатской работой. Нет, этот стиль дешевого романа никак не сочетался с весьма прагматичным характером режиссера Стива Кроуна.
– Конверт был обычным? – вдруг спросила Николь.
– Ну, да. А что? – не поняла я ход ее мыслей.
– Ну, у Кроуна наверное были какие-нибудь свои именные конверты, для деловой и личной переписки. В Америке…
– Возможно, какие-то особые конверты у него и были, но вряд ли отсутствие такого конверта как-то бы повлияло на действия полиции. А мы и без этого не сомневались, что письмо поддельное. Непонятно было только, зачем это было нужно и кому?
– Так эта Анна… Как ее? А! Вспомнила! Крамм! Она хотела, чтобы ты нашла ее жениха?
– Или хотя бы доказала, что все написанное в этом жутком письме –