Побег на Альфу Центавра (сборник) стр. 332
при условии, что он доведет проект до конца. Вы полагаете...
– Нет-нет. Просто мне важно знать все детали.
Я поблагодарила Бортеса, получила приглашение пообедать вместе, пообещала как-нибудь в другой раз (вдруг, он мне еще понадобится?) и отправилась в офис, где меня, вне всякого сомнения, ждал Генри.
– Я заждался вас, Николь!
– Что случилось?
– Ничего. Мне просто хочется поделиться с вами впечатлениями. Вчера Китти прочитала мне несколько рассказов Барри Экдаха. Они и вправду великолепны. Но больно уж он кровожаден. Как будто бы, кроме убийств, других преступлений не существует. И убийства все такие изощренные. Чего стоит, например, убийство шахматиста в рассказе «Дебют Рети». Вы не читали этот рассказ?
– Нет, не припомню.
– В шахматах есть такой дебют. Белые начинают партию ходом правофлангового коня. Не важно. Важно, что шахматист всегда начинал партию дебютом Рети, и убийца знал об этом. Ему удалось подменить коня на фигуру с заусенцами, обработанными ядом, приготовленным по какому-то древнему индейскому рецепту. От действия яда у человека происходит разрыв сердца.
– Насколько я разбираюсь в шахматах, игроки почти всегда выводят коней. Почему так важно, чтобы это случилось на первом ходу?
– Яд действует лишь через несколько часов. А убийце было важно, чтобы смерть наступила в турнирном зале на глазах у многих свидетелей. С другой стороны яд быстро испаряется, и его действие ослабевает. Кстати, благодаря этому свойству, его трудно распознать.
– И чем дело кончилось?
– Черные избрали вариант, в котором они в ранней стадии партии поменяли своего слона на отравленного коня. В итоге, игравший черными также прикоснулся к коню, но действие яда уже ослабло, так что для него это кончилось лишь кратковременным обмороком. На это и обратил внимание длинноносый Тимоти Купер, сыщик Экдаха. Так что яд искали и нашли. А тогда в поле зрения и попал убийца. Ведь он был известным специалистом по индейским рукописям.
– Да. Барри Экдах рассказывал мне, что он всегда тщательно прорабатывает разоблачение убийцы.
– Совершенно верно. Таковы все его рассказы. Сначала изощренное убийство, а затем Тимоти Купер последовательно шаг за шагом распутывает клубок преступления.
– Экдах считает, что таким образом он страхуется на случай, если кто-то захочет воспользоваться описанным методом.
– И правильно делает. Но стопроцентной гарантии не существует. Ведь можно попытаться усовершенствовать его методы.
Дав Генри выговориться (у него редко возникает потребность в этом), я рассказала ему о визите в киностудию.
– Вам надо бы встретиться с Эмилем Тотахом, – порекомендовал Генри.
– Именно это я и собираюсь проделать.
Я разыскала в бумагах инспектора номер домашнего телефона Тотаха и набрала его.
Вежливый сухой голос поинтересовался, с кем имеет честь. Я представилась, сказала, что веду частное расследование, и попросила о встрече. На другом конце провода стояла тишина. Мне даже пришлось удостовериться, что мой собеседник еще со мной. Он предложил мне встретиться завтра в кафе на Джонсон-стрит.
– Странный тип, – сказала я Генри, положив трубку на рычаг. – И голос его кого-то мне напоминает.
После работы я поехала в зал торжеств «Рио», около которого меня поджидал Макс. Мы были приглашены на тридцатилетие его друга.
Мне вовсе не хотелось расслабляться. Да и времени было жалко. Я