Побег на Альфу Центавра (сборник) стр. 88
а оплатить ваши услуги проще всего именно этой даме, или я не прав?
– Вы правы, и я надеюсь, что мы будем помогать друг другу.
– Как всегда, – Эрик Катлер не удержался от довольной улыбки.
Комиссар тоже рассказал мне об аресте Ломбарди и выслушал мои весьма скептические соображения по этому поводу.
– Все, что вы говорите, коллега, справедливо, – медленно проговорил он, – но мы надеемся, что арест все же поможет. Да и, если убийца не тот, кого мы арестовали, то подозреваемому у нас будет безопаснее. Кто знает, что на уме у истинного убийцы. Не мешало бы присмотреться к окружению Ломбарди, ведь кто-то же подложил ему пистолет, скорее всего, тот, кто бывает в этом доме.
– Это, пожалуй, самый солидный аргумент в пользу действий полиции, – вырвалось у меня.
– А что намерены предпринять вы?
– Сначала подумать.
– Кажется, вы изменили свой стиль работы, – усмехнулся комиссар.
– Слишком много информации. Боюсь, если ее как следует не осмыслить и не рассортировать, новые факты только все запутают, – в тон ему ответила я.
* * *Инопланетян я сразу исключила из числа подозреваемых. Даже если свою последнюю книгу Бердски и писал с их помощью, то вряд ли они причастны к убийству.
Ломбарди, конечно, оставался на подозрении, но я не могла придумать ни одного солидного мотива для подобных действий с его стороны. А у кого вообще мог быть такой мотив? Сразу появился вопрос, который, видимо, должен был заинтересовать и полицию. На этот вопрос, пожалуй, можно получить ответ и по телефону.
– Скажите, комиссар, а у писателя было завещание? – спросила я, как только услышала в трубке нужный мне голос.
– Да, он все завещал жене, но у Натали непробиваемое алиби.
– Неужели там больше никто не упомянут? Разве у Бердски не было кроме жены никаких родственников?
– Нет, ему больше некого было упоминать в этом документе.
– Но вы говорили о племяннике.
– Это племянник его жены, и Лайош Бердски справедливо полагал, что Натали сама позаботится об этом молодом человеке, она ведь его, практически, воспитала. Неужели вы думаете, что мы не отработали эту линию?
– Я ищу мотив. Тот, кто стрелял в писателя, знал, зачем ему это нужно, так вот: я тоже хочу это знать.
– Я понимаю вас, коллега, и тоже все время об этом думаю, но пока мне не удается придумать ни одной стоящей версии.
– А что вообще было в этом завещании? О какой сумме идет речь?
– Бердски был не бедным человеком, а контракт на издание его последнего романа прилично увеличил его состояние, но кроме Натали Бердски, это ни для кого не имеет особого значения. Однако вдова вне всяких подозрений: в ночь убийства она находилась в больнице после сложной пластической операции. У ее постели дежурила сиделка.
– С сиделкой разговаривали?
– Конечно, но даже, если у пациентки и была возможность ускользнуть из-под наблюдения на какое-то время, сомнительно, что она стала бы разгуливать с повязкой на лице.
– Да… – возразить мне было нечего.
– Есть еще один важный момент, комиссар, – вдруг вспомнила я, – я не верю в эту сказку с инопланетянами, но круг