Библиотека

Почти смешная история и другие истории для кино, театра стр. 67

Размер шрифта
-
+
Тема

Васе прощальное одолжение! — и осеклась, потому что обомлела, не поверила своим глазам.

А Вася, который стоял сзади Наташи, растерянно поздоровался:

— Здрасьте, Марина Петровна! — и не удержался: — Вы откуда взялись?

В наступившей паузе послышался голос хозяйки дома:

— Вася, ты завтракал?

— Мама, — очнулась от шока Наташа, — это уже из области фантастики. Ты же плывешь на пароходе в Кижи!

— Мне тоже кажется, что плыву, и от всего происходящего меня сильно укачивает!

— Вы приплыли из Москвы на пароходе, во красота! — вставила Лидка.

— Наташенька, — позвал Борис Иванович, — я тоже изволновался, и я тебя тоже нашел.

— Мама, все-таки как ты сюда попала? — Наташа не могла ничего понять.

— Долго рассказывать! — отмахнулась от вопроса Марина Петровна. — Главное, я здесь!

— Как ты могла, Наташенька, — включился Борис Иванович, — уехать в Новгород, с мужчиной!

И тут Наташа взорвалась:

— А ты, Борюся, молчи! Ты вообще кто такой? Специалист по сытым женщинам?

— Вот это да, — оторопел Яков Андреевич, — фирменная семейка!

— Вася, где билет? — по-деловому спросила Наташа.

— Вот!

— Борюся, возьми! — приказала Наташа. — Вагон номер четыре, место одиннадцать, нижнее.

Борис Иванович растерянно взял билет и поднялся с места:

— Но я же твой папа!

— Бывший! — уточнила Наташа. — Может быть, ты забыл, но ты нас бросил! И нас связывают только фамилия и отчество. И то и другое можно сменить, стоит это совсем недорого.

— Господи! — воскликнула Серафима Ильинична. — Марина Петровна, вы-то смолчали, и мы вас в одну кровать.

1714585577_66327fe901c80.webp

Лидка радостно захохотала.

— Хороши сватья! — вставил Яков Андреевич. — То разводятся, то в обнимку лежат.

Борис Иванович поплелся к двери:

— Я, конечно, виноват, но я, конечно, ушел по большой любви!

Борис Иванович вышел на Темно-зеленую улицу, сел на скамейку на другой стороне и стал потерянно глядеть на дом номер два.

На балкон прокралась Лидка и громким таинственным шепотом заверещала:

— А я вам сочувствую!

— Спасибо!

— Ловите! — крикнула Лидка. Борис Иванович поднялся и поймал пакет. — Это мой школьный завтрак, а у меня склонность к полноте. Они вас не понимают, а я понимаю! Любовь оправдывает любой поступок, кроме убийства и измены Родине!

Борис Иванович вздрогнул и пошел не оглядываясь по Темно-зеленой улице.

А в квартире Марина Петровна говорила торжественным голосом, как на бракосочетании:

— Уважаемые Серафима Ильинична и Яков Андреевич. Люди вы вполне симпатичные, и к вам никаких претензий я не имею.

— Спасибо и на том! — раскланялся Яков Андреевич.

— Наташа, — распоряжалась Марина Петровна, — бери чемодан, негодяйка, и попрощайся!

— Прощайте! — улыбнулась Наташа.

— Прощайте! — повторила Марина Петровна. — Бог даст, больше не увидимся!

И ушла вместе с дочерью.

— А я пироги поставила… — вздохнула Серафима Ильинична.

— Сами съедим! — успокоил Яков Андреевич. — Без этой грубой женщины и без ее костлявой дочери. Как ее все-таки зовут, Валя или Наташа?

Как только Марина Петровна с Наташей оказались на улице, за ними стремительно выбежала Лидка:

— Вы с чемоданами? Уезжаете? А с Васей вы уже поженились или уже развелись?

И тут Вася, который вышел из подъезда, коротко сказал:

— Лидка, исчезни! — Он сказал это так, что Лидка хоть не исчезла, но замолчала.

— Вас довезти до вокзала или на автобусную станцию? — спросил Вася у Марины Петровны.

— Вася, не подходите близко! — посоветовала Марина Петровна. — Я не отвечаю за свои поступки, я в состоянии аффекта!

Она

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.