Почти смешная история и другие истории для кино, театра стр. 71
не забуду!
— Но, Марина Петровна… — Варвара вся сжалась в комок.
Однако Володя взял Марину Петровну за плечи, хватка у него была такая, что Марина Петровна, как ни рвалась, вырваться не смогла.
— Это не по-людски, не по-нашенски. Я тебе говорил — Варвара тебя любит!
— Не смейте говорить мне «ты»!
— Не пугай, не боюсь! Варвара дельно придумала нас познакомить, потому что ты женщина классная!
— Что ты несешь, я старше тебя лет на десять!
— Тебе сколько? — Володя все еще не выпускал Марину Петровну. — Мне тридцать семь.
— А мне сорок!
— Разница то что надо! — сказал Володя. — А теперь без трепу. Ты забудь, что начальница, и вспомни, что ты женщина. Сядь!
К собственному удивлению и к еще большему удивлению Варвары, Марина Петровна села.
— Значит, Варвара, ты мне ухажера нашла? Спасибо тебе за заботу. Теперь давайте гулять!
— Вот это разговор! — обрадовался Володя. — Я сразу засек, что у тебя взгляд озорной! Я еще за тобой так приударю, что вся Москва ходуном пойдет!
— Марина Петровна, вы его не слушайте, — пролепетала Варвара, — я просто хотела…
— А ты, Варвара, — перебилд Марина Петровна, — не забудь на работе всем рассказать в подробностях, что было и не было.
— Варвара болтать не будет! — сказал Володя. — Она свой парень. Марина, давай выпьем за твое счастье!
— А в чем оно, мое счастье? — подумала вслух Марина Петровна.
И Володя серьезно ответил:
— Счастье в том, чтобы уметь, будь оно все неладно, чувствовать себя счастливой!
И Марина Петровна выпила, и голова у нее закружилась, и она вдруг сказала:
— Хочу танцевать!
— Варвара, есть у тебя в наличии музыка? — спросил Володя.
Варвара включила магнитофон.
— Будем плясать, — спросил Володя, — по-современному, как на пружинах, или как раньше, волоком?
— По-современному! — убежденно сказала Марина Петровна. — Только я не умею!
Они танцевали, смеялись, Марина Петровна, подражая Володе, отчаянно вертела плечами и бедрами, а потом Володя приподнял Марину Петровну и перекинул через себя.
— Еще примем, — предложил Володя, — по маленькой, по беленькой?
— Муж меня бросил, подлец, а? — Марина Петровна еще задыхалась от танца.
— Не подлец, а дурак! — сказал Володя. — Таких, как ты, не бросают, таких на руках носят!
— Врешь!
— Не сойти мне с этого места! — поклялся Володя. — Чтоб на меня парша напала, чтоб я мыша съел!
Вечером Володя провожал Марину Петровну домой.
— Ты чего так рано сорвалась? Время детское — десять!
— Устала! — честно призналась Марина Петровна.
— Я тебе вот что скажу, — искренне заговорил Володя, — вначале я так, дурака валял, а потом — присмотрелся, пригляделся… Я ведь в Москве бываю — в месяц раз…
— Намек поняла! — улыбнулась Марина Петровна. — Только ты лучше себе молоденькую подбери, чтобы ножки точеные и рот до ушей, как теперь модно!
— Пробовал! — откровенно ответил Володя. — Только все они одноночки!
— Одноночки? — повторила Марина Петровна, сначала она не поняла, а потом рассмеялась.
— Говорить с ними о чем?!
— Ах, я тебе нужна для разговора!
— Ты пойми, — продолжал Володя, — в тебе опора есть, обстоятельность, верность.
— Зато в тебе-то верности перебор! — усмехнулась Марина Петровна. — У тебя ведь жена. И не понравился мне этот разговор. Испортил ты вечер, Володя!
— Когда я был молодой, — сказал Володя, — я боролся в полутяже. А у борцов, когда тебе худо, уползают с ковра. Так вот,