Под несчастливой звездой стр. 1321
жрицы Баст уже попросили государя, жизнь, здоровье, сила передать котят в храм.
За приятной беседой не сразу заметили, как подкрались сумерки. Слуги зажгли светильники. Сетиер уже стал переживать, видя, как столичный гость искусно уходит от серьезных разговоров. Уловив его настроение, супруга и сын покинули зал, оставив хозяина наедине с гостем.
— Мне очень жаль, что вы не погостите у нас подольше, — посетовала женщина на прощанье.
— Увы! — Гнешаат развел руками. — Дела. Я покину ваш дом еще до рассвета и очень прошу не беспокоиться и не провожать меня. Иначе я буду очень переживать, что лишил вас сна.
Кланяясь и желая доброй ночи,
хозяйка вышла, аккуратно притворив за собой двери.
Младший писец Собрания мудрых выпил бокал вина.
— Государь назначил наследника.
— Да? — верховный жрец весь превратился в слух.
— Церемония совершится на днях в храме Хотептаха I. Новым живым богом станет Айхмос.
Сетиер почувствовал, как внутри его что-то оборвалось.
— Принц Бэсаат удален из дворца, — продолжал гость. — Государь, жизнь, здоровье, сила приказал ему построить город у озера Лезен и канал, соединяющий его с Лаумом.
— Да, — кивнул Гнешаат. — Главный казначей с семьей отправлен в ссылку в оазис Сельба, а главный смотритель складов на восточную границу. Лишились своих мест и отправились в изгнание еще два десятка вельмож рангом пониже.
— Что же произошло? — в сильнейшем волнении спросил хозяин дома.
— На все воля живого бога, — развел руками собеседник. — Кто мы такие, чтобы обсуждать его волю?
— Да, да, — согласно кивнул Сетиер.
— Арестован Снорамош, бывший наместник в Нидосе, — младший писец налил себе еще вина. — Завтра арестуют его брата. Наверное, солдаты корпуса Моот уже окружили дворец.
— Сепаха? — вскричал пораженный верховный жрец.
— Тише, мудрец! — шикнул гость, тревожно поглядывая на закрытые двери. — И вовсе незачем так кричать! Да! Вместе с помощником великого визиря, который доставит арестованного в столицу, плывет племянник Себернеба, уже назначенный на его место.
— Какой кошмар! — хозяин вытер выступивший на лбу пот.
Словно не замечая его состояния, Гнешаат с аппетитом вцепился в кусок ароматной дыни.
— Но неужели в столице не говорят, в чем причина гнева государя, жизнь, здоровье, сила? — поинтересовался Сетиер, не в силах ждать, когда толстяк насытится.
Тот икнул, вытер липкие пальцы полотенцем и, перегнувшись через стол, тихо сказал.
— Я слышал, что они тайком брали золото у нидосских богачей за разные сомнительные торговые операции.
Верховный жрец мысленно перевел дух.
— Я же говорил, мудрец, что новости могут сильно испортить аппетит, — покачал гость бритой головой, выбирая яблоко. — А ведь это еще не все.
— Как! — хозяин едва не подпрыгнул в своем кресле.
— Арестован средний сын главного казначея и множество его друзей, — Гнешаат, подумав, оставил фрукты в покое. — Все дети уважаемых родителей, забывшие свой сыновний долг.
Младший писец Собрания мудрых грустно вздохнул.
— В какие страшные времена мы живем, мудрец. Не иначе боги забыли о нас? Молодые люди из лучших семей! Краса и гордость Келлуана погрязла в ереси! Говорят, сам живой бог плакал, узнав об их жалкой судьбе.
— О чем вы говорите? — пролепетал Сетиер, с трудом сохраняя удивленное выражение лица.
— Не все корни богопротивного учения вырвал грозный Мосайх, — скорбно поджал губы Гнешаат. — Ересь гедан не уничтожена. Многие молодые люди соблазнились их речами о свободе, стремлении к наслаждениям и