Подари мне волшебство стр. 64
любовь. Любовь просила меня не искать самый простой, привычный выход, который я узнал от отца. Любовь просила меня быть храбрым, а не трусливым, самовлюбленным эгоистом. Любовь дала мне силы стать лучше, чем я есть. – Сэм увидел, насколько была шокирована Ханна, и улыбнулся. – Да, я сказал «любовь». Именно любовь дала мне силы бороться с собственными страхами. Любовь попросила меня заслужить твое доверие, как это сделала ты, приняв меня со всеми моими недостатками. Я спросил себя, каково было тебе, юной девушке, окончившей школу, обнаружить беременность. Но ты взяла на себя эту ответственность… А потом твои родители, которые должны были тебя поддержать, выгнали из дому. Я думал о том, что ты чувствовала, узнав о смерти отца, и взвалила на себя вину за его преждевременную кончину, хотя и не была виновата.
– Я была виновата!
– Нет, – сказал он, – это не так. Я хочу, чтобы ты рассказала мне абсолютно все, каждую мелочь. Я не хочу, чтобы ты дальше несла это бремя в одиночку.
Ханна глубоко вздохнула и посмотрела на Сэма. Любовь, которую она с легкостью читала в его глазах, придала ей сил и мужества. Вся боль от предательства хлынула из ее сознания, как будто поток воды прорвал плотину. Сэм обнял ее, и слезы освобождения и искупления, чистые и ясные, полились по ее щекам. И тогда она почувствовала, что простила. Простила мать, отца и Даррена.
И, наконец, себя.
– Я много думал о тебе, – тихо, но уверенно произнес Сэм. – Как, несмотря на все трудности, ты нашла в себе силы жить дальше. А теперь вернуться сюда и найти дорогу не только к своему дому, но и к самой себе. Ты узнала, что ферма принадлежит тебе не только по наследству, но и потому, что ты достойна этого. Достойна самого лучшего. Я мечтаю провести с тобой остаток дней здесь, и я надеюсь, что ты сочтешь меня достойным себя.
Ханна дрожала, слезы горячими ручьями текли по ее лицу. Сэм взял пальцами ее подбородок и посмотрел ей в глаза. И тогда он что-то вытащил из кармана своей потрепанной куртки.
Одинокая веточка омелы, сухая и поблекшая, выглядела так, словно рассыплется в пыль от одного неосторожного прикосновения. Сэм улыбнулся и поднял веточку над их с Ханной головами.
Мир вокруг них искрился любовью. Когда их губы встретились, Ханна была рада, что Сэм крепко держит ее в своих руках. Колени у нее заметно дрожали. Как сквозь туман Ханна услышала ржание Молли и собачий лай. Казалось, вся Вселенная замерла от силы их любви, признавая, что Рождество – время надежды и возрождения жизни.
Глава 18
Рука об руку, Ханна и Сэм пошли домой. Отвели Молли в стойло и вошли в дом. Как только за ними захлопнулась входная дверь, Сэм рассмеялся.
– Что тут смешного?
– У тебя нет ни елки, ни домашнего печенья, ни венка, ни подарков. Ты была так занята, создавая Рождество для других, что позабыла о себе.
Они вместе вышли на улицу, срубили небольшую сосну и потащили ее к дому. Они вместе поставили ее посреди гостиной и нарядили. Вместе испекли печенье и съели его на ужин, запивая горячим какао и играя в настольные игры. Вместе заснули на широком диване,