Погоня за тремя зайцами стр. 103
продолжала ростовская гостья. – Между прочим, не такая уж она старая и страшная! Я видела ее фотографии! А наш Ашотик, сама понимаешь, не монах…
Жанна неожиданно поняла, что все это – правда, и что ее сердце окончательно и бесповоротно разбито. Разбито на сотни крошечных черепков, склеить которые невозможно.
– Ну, подруга, – проговорила ростовчанка, почувствовав перемену в ее настроении, – давай знакомиться. То есть я и так знаю, что тебя зовут Жанна, справки навела. А меня лично зовут Верка. Ну что, переходим к мирным переговорам?
Верка снова повела носом и не без злорадства добавила:
– А мусахато у тебя подгорела!
Жанна тоже почувствовала запах пригорающих
овощей и едва не бросилась на кухню, чтобы спасать блюдо… но тут же остановилась и опустила руки.
Стоит ли спасать тушеные овощи, если синим пламенем горит вся ее жизнь?
– И правильно, нечего его баловать! – одобрила ростовчанка. – И пригорелое поест! Вон, Тамарка из Москвы, когда узнала, сожгла утюгом его любимый костюм. Правда, ему это до лампочки, у него ведь всего много – и женщин, и костюмов…
– Еще и Тамарка? – взволнованно переспросила Жанна, непроизвольно сжав кулаки.
– И Тамарка, и Ленка, и Зинка, и Анфиска, и Каринка, и Люська, – гостья перечисляла, загибая пальцы, – и Зухра, и Галия, и Немчете с Чукотки, и Васька…
– Васька? – удивленно переспросила Жанна. – Ты же говорила, что он натурал? Что мужчинами не интересуется?
– Натурал, натурал, не беспокойся! – кивнула гостья. – Васька – это Василиса из Нижнего Новгорода…
– Хорошо хоть натурал… – грустно вздохнула Жанна. – Хотя какая, собственно, разница…
Она поплелась на кухню, уныло посмотрела на превратившуюся в угли мусаху, выключила горелку.
Верка пришла следом за ней.
– Ничего, – одобрила она, оглядев кухню, – хозяйство у тебя в порядке…
– Может, кофе выпьем? – неожиданно вспомнила Жанна о законах гостеприимства.
– Кофе? Можно и кофе, – с сомнением проговорила гостья, – а коньяку у тебя нет?
– Можно и коньяку, – согласилась Жанна, – коньяк как-то больше подойдет…
Она достала из резного дубового шкафчика пузатую темную бутылку, поставила на стол.
– Армянский, – прочитала Верка на этикетке.
– А какой же еще, – вздохнула Жанна.
Поставила рядом с бутылкой два бокала, тарелку с зеленью и сыром.
– Ну, за знакомство, – ростовчанка подняла бокал и лихо отхлебнула половину.
– За знакомство… – протянула Жанна. – Послушай, – спохватилась она, пригубив коньяк, – а чего ты вообще-то приехала? Настроение мне подправить, чтобы жизнь раем не казалась?
– Глаза открыть, – поправила ее гостья. – Вообще-то я здесь на гастролях, с цирком. Номер у меня такой – женщина и удав, может, видела? Международный класс!
«Хоть бы он ее задушил», – невольно подумала Жанна, но вспомнив стычку в прихожей с ростовской гостьей, подумала, что у удава нет шансов.
Кроме того, учитывая полученную информацию, Веркина безвременная кончина ничего не изменила бы.
– Ну, вот и решила на тебя взглянуть, познакомиться, – продолжала Верка, – не чужие все-таки люди… опять же, посмотреть хотела, как ты тут за Ашотиком присматриваешь.
– Ну и как – довольна? – процедила Жанна сквозь зубы.
Выпитый коньяк странно на нее подействовал, она снова начала накаляться и захотела выставить прочь незваную гостью. Но та и сама не собиралась засиживаться. Допив остатки коньяка и зажевав веточкой кинзы, Верка еще раз огляделась по сторонам и встала:
– Ничего, ты хозяйственная. А я пойду, некогда мне тут