Погоня за тремя зайцами стр. 77
На ветвях яблонь красовались желтые, золотистые и ярко-красные плоды.
– Ну и как мы ее будем искать, – недовольно проговорила Катерина. – Ходить от дома к дому и спрашивать, не знают ли хозяева некую Оксану Раевскую? Может, еще фоторобот составим?
– Не болтай глупостей, – Ирина вертела головой, рассматривая деревушку. – Разве ты не помнишь, что говорила Куницына? Дом Оксаны стоит на холме над озером. Так что нам наверняка нужно идти вон туда, в дальний конец деревни!
Действительно, дальний конец Осиновки плавно сбегал к берегу небольшого круглого озерка, окруженного низко нависшими раскидистыми ивами.
Подруги зашагали по пыльной проселочной дороге, которая вскоре превратилась в главную деревенскую улицу.
Вскоре их появление вызвало интерес у жителей деревни.
Первыми на них обратили внимание деревенские собаки. Одна за другой они выбегали на дорогу и следовали за подругами на некотором безопасном расстоянии, заливаясь истеричным лаем. Вскоре их набралось уже полтора десятка, и они приближались все ближе, смелея от взаимной поддержки.
– Чего это они на нас лают? – беспокойно проговорила Катя, оглядываясь на собак.
– Не на нас, а на тебя, – поправила ее Ирина, – точнее, на твою львиную шкуру. Это надо же было додуматься надеть на себя такое!
– Ну я не разглядела, – оправдывалась Катерина, прибавляя шаг, – там было темно, и я торопилась…
Из-за забора, мимо которого они проходили, выглянула загорелая тетка в цветастом платке и неприязненно проговорила:
– Чего вы тут таскаетесь? Сейчас мужика своего позову, он вас живо шуганет! И ходют и ходют, то цыгане, то бомжи, теперь вон вообще какие-то дикие… и чего вам дома-то не сидится?
– Тетенька, да мы художники! – принялась оправдываться Катерина. – Рисовать приехали, больно у вас места красивые!
– И ничего особенного у нас нет, места самые обыкновенные, – проворчала тетка, но тем не менее прекратила свои нападки и скрылась в саду.
– Наверное, лучше нам идти не посреди улицы, а огородами, – проговорила Ирина, озабоченно оглядываясь по сторонам. – А то скоро о нашем появлении будет знать уже вся деревня!
– По-моему, и так уже все знают, – проворчала Катя, – по крайней мере, все слышат лай сопровождающей нас своры.
Подруги свернули в узкий проход между двумя заборами. Когда-то здесь, может быть, был прогон для скота, а теперь, судя по глубоким колеям с четко отпечатавшимися следами шин, здесь часто проезжал колесный трактор «Беларусь». Пройдя по этому прогону и оказавшись на задах деревни, подруги хотели двинуться в нужном направлении, но убедились, что за ними увязался настоящий почетный караул – все собачье население Осиновки двигалось следом, оглашая окрестности взволнованным лаем.
– Что это они к нам так привязались? – чуть не плача, проговорила Катерина.
– Сама посуди – у них в деревне не часто появляются львы… или хотя бы львиные шкуры. Думаю, если мы хотим подобраться к Оксаниному дому без лишнего шума, тебе придется пожертвовать своей шкурой! То есть, конечно, не своей, а львиной.
– Да что ты! – Катя побледнела. – Ведь это шкура Валика… то есть это он ее привез из Африки… он будет очень расстроен…
– Во-первых, судя по тому, как она хранилась, он этой шкурой не слишком дорожил. Ты ведь нашла ее среди поношенных походных шмоток в самой глубине шкафа. И вообще, это не целая шкура, а только кусок. Правда, украшенный замечательным хвостом.