«Погранец». Зеленые фуражки стр. 123
золото на снарядный ящик, заменявший стол.
– Надевай протез, сам пойдешь с милиционером, нести тебя никто не будет.
Мужчина надел протез, а правильнее – деревяшку, на ноге застегнул.
– Закурить позволите?
– Кури. Наверное, долго теперь табачку не попробуешь.
В годы войны за золотовалютные операции суды давали большие сроки, от десяти лет и выше. Мужчина закурил, выпустил клуб ядреного дыма, выдохнул.
– Забирайте все золото, а про меня забудьте.
– Не пойдет. Я бы такую мразь сразу расстреливал. Знал бы, еще на льду кончил, – жестко ответил Федор.
Через какое-то время в комнатку ввалился боец из роты Федора, за ним два милиционера. При форме, на боку револьверы в кобурах. Увидели инвалида.
– Доскакался, Михей!
– Знакомая личность?
– На базаре каждый день отирается. Чего натворил?
– Золото в деревяшке, что вместо ноги, нес. Вот оно. Пишите опись и забирайте фигуранта вместе с золотом.
Всего насчитали двадцать одно изделие, Федор и милиционеры подписали бумагу. Федор твердо знал, все сдать по описи надо, с золотом не шутят. А уже следующим днем к нему в казарму пришел начальник городской милиции. Осмотрел пустой, даже убогий кабинет Федора, хмыкнул.
– У тебя закуска найдется?
– Найду.
Федор прошел на кухню, принес хлеба, две банки мясных консервов, несколько кусков сахара-рафинада.
– О, да вы здорово живете! – восхитился Тарас Григорьевич. – Стопки давай или кружки.
– По какому поводу?
– Да ты что, забыл, старшой? Ты же с рыжьем Михея взял, теперь от срока не отвертится. Ночью обыск у него в доме делали, на грузовике добро вывозили. Представляешь – все стены картинами увешаны, одних шуб в шкафу три. Никак я его с поличным взять не мог. Чуял – гнилой мужик, но чувства к делу не пришьешь. А теперь посидит. За то и выпьем, за сотрудничество!
Тарас достал из кармана бутылку водки, щедро плеснул в жестяные кружки. Чокнулись, выпили. Тарас ложку в американскую тушенку запустил, пожевал.
– Вкусно. Мы в милиции такой жратвы не имеем.
– Американская помощь, а может – английская. На банке надпись на английском.
– Ты знаешь языки? – изумился Тарас Григорьевич.
– В училище изучали. Забыл почти все.
– Во-во, я в школе немецкий тоже учил. А сейчас только три слова помню.
Не спеша поллитровку допили.
– Засиделся я у тебя. Хороший ты мужик, Казанцев. Однако же на службу пора. Закончится война, не будет разных шпионов, диверсантов, дезертиров. Перейдешь ко мне?
Федор оторопел:
– Я подумаю.
Глава 9
Засада
Непейвода ушел, а Федор сидел и удивлялся. Немцы еще в Подмосковье, Калинин полтора месяца как освобожден. А люди думают, как послевоенную жизнь налаживать. Стало быть – не сомневаются в победе, уверены. В октябре еще, совсем недавно, настроения были другие. Сомневались – устоит ли столица. Да и не только наши люди боялись падения Москвы. Руководители иностранных государств выжидали. Те же турки, японцы. Пади Москва, яви миру свою слабость, и накинулись бы на Советский Союз в жажде успеть урвать кусок земли, не опоздать к разделу пирога, присоединиться к победителям. Выжидали и США с Англией. Стоит ли помогать с поставками по ленд-лизу? Пойдет ли помощь впрок? Контрнаступление наших войск заставило многие государства задуматься. А так ли силен Гитлер? Устоит ли против Сталина? Турки и японцы отложили вступление в войну на стороне Германии