«Погранец». Зеленые фуражки стр. 150
слышалось пыхтение паровозов, перестук колес. Основное движение происходило ночью, для скрытности.
Грузовик встал в начале Смоленского переулка. Военные выбрались из машины.
– Где дом Глушкова знаешь? – спросил у бойца Федор. – Наличники на окнах у него голубым выкрашены.
– Так второй дом отсюда.
– Бойцы, встали за забором. Только тихо и не высовываться.
Сам подошел к калитке, постучал. В частных домах обычно бывали собаки во дворе. А в этом домовладении не было. Неспроста, чтобы ночные гости смогли свободно входить, собака соседей не тревожила. Через пару минут распахнулось окно.
– Кто там? – спросил мужчина.
– Петр Васильевич, на льнозаводе беда, трансформатор силовой загорелся, меня за вами послали, – соврал Федор.
Главное, чтобы не насторожился агент, спокойно вышел. Федор подошел к бойцам, прошептал:
– Как выйдет, наваливаемся с обеих сторон. Руки держите.
– Сделаем.
Федор встал справа от калитки, бойцы слева.
Хлопнула дверь, послышались тяжелые шаги. Распахнулась калитка, вышел мужчина во френче, как модно было у партхозруководителей. Бойцы сразу навалились. Один за руку схватил, другой подсечку сделал. Федор успел главного инженера за левую руку схватить, заламывать стал. С трудом повалили фигуранта на землю. Мужчина крупный, сильный. Напали неожиданно, потому свалить удалось. Случись днем – раскидал бы бойцов.
– Лежи тихо, не то пристрелю! НКВД! – прошипел ему в ухо Федор.
Мужчина повернул голову вбок, хрустнуло стекло. Федор сообразил – агент раскусил ампулу с ядом, вшитую в угол воротника.
– Ненавижу, – прохрипел агент, дернулся и затих навсегда.
Неудача! Ушел от них агент. Ни допросить теперь, ни выяснить связи.
– Заносите его в дом, – распорядился Федор.
Трое бойцов с трудом занесли труп на крыльцо. Федор по карманам самоубийцы пошарил, обнаружил ключи, отпер дверь. Достав пистолет из кобуры, вошел первым. Вдруг мужчина не один в доме жил? В прихожей, как и в доме, никого не было.
– Давайте его на кухню.
Труп не слишком вежливо бросили на пол.
– Здоров, как боров, – отряхнул руки Сучков.
Федор свет во всех комнатах включил.
– Парни, по-быстрому дом обыскать надо. Я комнаты осматриваю, Сучков – чердак, Обухов – подвал. А…
– Рядовой Кузьмин, – подсказал боец.
– А ты надворные постройки. Ищем блокноты, тетради с записями, оружие. Одним словом, все то, что мирным жителям не нужно. Деньги, золотые изделия – тоже сюда.
Федор методично стал обыскивать комнаты. Простукивал стены, полы, осматривал содержимое чемоданов, шкафов, сундука. Ничегошеньки интересного. Нашел две книги, которые могли служить ключом для шифрования, а еще пачку пятидесятирублевок. Проверил на просвет, на ощупь – настоящие, не подделка. То, что Глушков агент, сомнений не вызывало, радистка не соврала. Зачем человеку, не связанному с разведслужбами противника, иметь при себе ампулу с ядом и травиться? Но где улики? Или осторожен был до чрезвычайности и не хранил дома ничего компрометирующего? Спросить уже не у кого.
Федор раздосадован был. Сам виноват, раз допустил такой исход. Надо было по башке прикладом шарахнуть, чтобы сознание потерял, затем обыскать. Налицо – промах, упущение. Неприятно было, одну ниточку к вероятной разведгруппе сам оборвал. Солдаты тоже вернулись с пустыми руками. Напоследок Федор достал из карманов умершего агента все содержимое – пропуск на завод, паспорт, портсигар, зажигалку, записную книжку. Будет время – изучит все. А теперь – к месту базирования, вдруг особист чего-нибудь нарыл?
Обратную дорогу