Библиотека

Покаяние пророков стр. 33

Размер шрифта
-
+
Тема

— Хорошо… Чему быть, того не миновать… Взять Фадлана под микитки… А вы сами верите в судьбу?

— Верю… Я к вам пробивалась много раз… И вот как свела…

— Нет-нет. — Академик будто согревался и слегка оживал — головой пошевелил, стараясь лечь повыше. — Я хотел спросить вас… Знаете ли вы свою…

— Знаю…

— Так самоуверенно?..

— Судьба ученого-гуманитария известна в наше время…

— Ничего вы не знаете, сударыня. — Мастер вдруг указал на стол. — Прошу вас, подайте мне вон ту подставку… Бумагу и карандаш… Нет, черную авторучку, с чернилами.

Аспирантка пошла к столу, и в это время дверь тихо и коротко распахнулась, впустив незнакомого молодого человека в сером

костюме и жизнерадостным, комсомольским взором — эдакий пламенный вожак молодежи.

— Простите великодушно. — Он приблизился к постели. — Вы должны меня помнить, был у вас на приеме в прошлом году. Моя фамилия — Палеологов, Генрих Сергеевич…

— Нет, не помню, — с уверенностью проговорил академик, неожиданно для себя любуясь его открытым, вдохновляющим лицом. — Говорите… Говорите, что вам нужно?

— Я от московского правительства. Мы занимаемся поиском феномена… известного как библиотека Ивана Грозного.

— Да, что-то слышал…

— Скажите, уважаемый академик… Вы как величайший специалист в области древнерусской истории и культуры можете подтвердить ее существование?

— Это весьма интересный… и более того, спорный вопрос, молодой человек…

— Библиотека была привезена в Россию.

— Некоторые свидетельства имеются…

— Это мне известно, — заспешил Палеологов. — Меня интересует… Вы сами видели рукописи, книги, принадлежащие к этой библиотеке?

Его напор и дилетантская конкретность вдруг стали неприятными.

— Вам что угодно?..

— Я хочу услышать внятный и исчерпывающий ответ!

— Не понимаю, о чем он говорит, — пожаловался аспирантке Мастер. — Зачем он пришел?

— Вам лучше выйти, — обрела голос Лена. — Или я позову Лидию Игнатьевну.

— Не с вами разговариваю, — отрезал молодой человек. — Не мешайте…

Секретарша была легка на помине, стремительно вошла в кабинет и мгновенно оценила обстановку.

— Как вы посмели? — Взяла за рукав Палеологова. — Немедленно выйдите!

— Очень жаль, — ведомый к двери Лидией Игнатьевной, проговорил тот. — Я еще приду. Дождусь очереди и приду. Вы не умрете, пока не скажете.

Аспирантка принесла то, что требовал академик, и в нерешительности стала возле постели.

— Странный молодой человек. — Умирающий попросил надеть на него очки и потом заставил держать над ним подставку с бумагой, но ручку взял сам и дотянулся золотым пером до листа.

— По-моему, этот человек… Хам и наглец, — сказала Лена. — Сначала уговаривал меня пропустить, деньги предлагал…

— Как вы думаете… У него счастливая судьба?

— Наглость — второе счастье…

— И вы будете… — Мастер поднял глаза. — Никто не знает своей судьбы… Напишу в ученый совет… Утвердят без защиты…

— Наверное… это невозможно…

— Ваша судьба — на кончике моего пера… — Он начал писать, но рука была настолько неуправляема, что получались неразборчивые каракули, однако это ничуть не смутило академика. — Как вас… Полное имя…

— Я не верила, чтобы вот так, вдруг, — проговорила она отрешенно. — И можно быть счастливой…

— И будете… Фадлана под микитки… А я умру…

— Не умирайте…

— Еще напишу в Петербург, профессору Желтякову… Чтобы позаботился… о судьбе… — Рука Мастера не выдерживала напряжения, валилась вниз, и ручка оставляла на бумаге черные молнии зигзагов. — Впрочем… скажу ему сам, без письма… Эпистолярный жанр дается трудно…

Он передохнул, подняв на аспирантку выцветшие, почти неживые да еще увеличенные стеклами очков глаза, и

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.