Поле брани стр. 408
себя незаслуженно оскорбленными, и Кейди была уверена, что, как только начнется бой, перережут ей горло, чтобы присоединиться к товарищам. Единственное, чего боялись все гоблины, так это попасть в плен.
Кейди ничего не ела со вчерашнего дня. Кобыла Аллена куда-то исчезла, скорее всего, составила скудный паек, который на глазах девушки раздали гоблинам. Почему-то именно это больше всего огорчало Кейди. Как они могут быть такими жестокими? К ней широким шагом подошел Кровавый Клюв. Он держал в руке натянутый лук, по бокам у него висели колчан и меч. Широкую грудь украшал бесформенный кусок сырого мяса, с которого непрерывно капала кровь.
– Почти пора! – Он взглянул на Кейди, обнажив крупные зубы.
Она сжалась в комочек, сквозь пальто ощущая холод каменной стены.
– Ну, тогда до свидания.
У нее еще оставалась ее волшебная рапира.
– Пошли! Посмотрим с наблюдательной вышки.
Гоблин дрожал от волнения. Вздумай Кейди сопротивляться, он потащил бы ее силой.
Девушка нехотя поднялась. Угрюмые стражи окружили ее, и все вместе они пошли через сад.
Лестницу заменяло бревно с несколькими обрубками веток. Она полезла наверх вслед за Кровавым Клювом, стараясь не запутаться в своем длинном пальто и не споткнуться о клинок. Неровная площадка наверху уже потрескивала под тяжестью заполнивших ее вождей. Кейди отыскала
место, чтобы сесть, уверенная, что стражники видят ее и ждут внизу.
Небо стало уже совсем голубым, и пожар, разгорающийся на северо-востоке, указывал то место, где в лучах расплавленного золота вот-вот взойдет солнце. Высоко в небе заливался жаворонок, птички поменьше свистели и чирикали в листве деревьев. В Краснегаре она никогда не слышала такого пения птиц. Прекрасный выдался день для смерти.
– Идут! – торжественно произнес кто-то позади нее.
Она узнала голос короля. Легионы теперь были ближе, стена людей в бронзе медленно двигалась вперед.
«Если мне суждено быть спасенной, уже пора», – подумала она, но детские представления о чудесном избавлении показались теперь глупыми. Ей не суждено спастись. Ей суждено погибнуть от рук гоблинов намного раньше, чем импы будут здесь. Наверное, как только отойдет Птица Смерти. Родители так и не узнают, что с ней случилось. И она не узнает, что случилось с ними или с Гэтом. Будь Гэт рядом, он бы сказал, что ее ждет. Конечно, она рада, что его здесь нет, но все-таки неплохо, если бы кто-нибудь близкий был рядом.
Пылающая бронза разорвала горизонт, как звук горна. На небе не было ни облачка, ни даже легкой дымки. Кейди дрожала от холода, страха и оттого, что не выспалась. Птицы продолжали петь. Смерть – это всего лишь долгий сон, но жаль, что ей не суждено жить дальше. Ей отпущено слишком мало времени, и на ее счету окажется мало добрых дел, когда Боги будут взвешивать ее душу. «Совсем ничего», – скажут они…
Откуда-то появились две босые ноги, затем Кровавый Клюв уселся на соседнее бревно, стараясь не свалиться. Он свирепо смотрел на нее совершенно безумными глазами.
– Убью много, много импов!
Ему приходилось перекрикивать доносившийся сзади хриплый гомон вождей. За злобными выкриками и бахвальством он тщетно пытался скрыть волнение.
– Их больше, чем вас! – сказала Кейди. Она не знала наверняка, но ей так казалось, и