Библиотека

Полёт продолжается стр. 26

Размер шрифта
-
+
Тема

приемы боя.

Курманов верил в самолет, на котором летает он, Лекомцев и весь полк. Он гордился им и знал: еще не все использованы возможности этой прекрасной машины. Это же чкаловский девиз — уметь из самолета выжать все, на что он способен. Герои Великой Отечественной, и прежде всего Покрышкин и Кожедуб, блестяще доказали это практикой самого боя.

У Лекомцева хватило сил не растеряться, сохранить трезвость рассудка до конца. Он рисковал во имя будущей победы. И страх неведом ему, потому что он в любой, пусть даже самой тяжелой обстановке знает, что делать. Курманов ценил эти качества Лекомцева и стоял за него.

** *

В один из дней в полк прибыл генерал Караваев. Оценивая события в полку, он исходил из своего опыта полетов, всей своей службы в авиации. Он был убежден в том, что ни один полет не похож на другой. В сущности, полет неповторим. И в этом смысле Караваев не очень полагался на доводы Курманова: будто можно создать в воздухе ситуацию, подобную той, в которой оказался Лекомцев. Даже если и так, все равно надо иметь в виду, что в одной и той же ситуации действия одного летчика могут считаться вполне разумными и даже единственно необходимыми и те же действия другого — опрометчивыми и даже ошибочными. Не зря говорится: что одному впрок — другому отрава.

Не освоенный самолет до поры до времени как «вещь в себе». Он полон загадок, тайн, очень много требует от летчика, еще робкого в обращении с ним. Но когда освоишь его, положение меняется. Уже не самолет ставит тебе условия, а ты — ему. Требуешь от него все, на что он способен, и даже больше того, сам учишь самолет летать. Получается, каждый новый самолет поднимает человека до уровня современной научной мысли, а человек в свою очередь устремляет свою мысль вперед, в завтрашний день авиации. И это стремление к новому, известное дело, не всегда обходится без риска.

Случалось, и он действовал на свой страх и риск. Но сознавал — делал это во имя авиации. Что было бы с ним, случись неудача при посадке на грунт? Пострадал бы он крепко. Нарушение инструкции… Самодеятельность…

Но он же видел: авиация рвется на земной простор, тесно ей на бетонках. И жизнь подтвердила это: теперь каждый летчик может сесть на полевой аэродром. Вот уже и расширились боевые возможности авиации. А разве нынче авиация не стучится в новые двери? Рано или поздно, не сегодня, так завтра, чувствуя ее нераскрытые возможности, кто-то сделает еще один новый шаг и еще… И сама жизнь станет ему судьей.

Исход любого полета решают многие факторы: возможности самолета и возможности летчика, погодная обстановка, лимит времени… Да разве все перечислишь! Иной раз может оказаться на первом плане и стать решающим фактором простая человеческая удача. А бывает, встретишься лицом к лицу с откровенным невезением. И что с Лекомцевым — трудно пока сказать.

Словом, Караваев никогда не спешил преждевременно класть на весы «за» и «против». Но он своими глазами видел Лекомцева и многих других летчиков, которых Курманов благословил в небо, видел их в зонах и на полигонах. Давно заметил: Курманов растит не просто отличных пилотажников, а

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.