Поляк с поплавками стр. 10
ухо. Тот восхищенно покрутил головой. Краем уха услышал, что про деда моего говорили. Капитан попрощался с нами, и мы завернули направо на Архипку.
Ровно в шесть я был на спасательной станции возле домика администрации. Никого ещё не было. Семён говорил не опаздывать, но почему-то сам явился в шесть двадцать. Подъехал на жигулях-«тройке». Из салона выскочила девица и сразу побежала в медпункт. Семён лишь только кивнул мне и пошёл открывать здание администрации. Подошло ещё несколько человек, с интересом посматривающих на меня, но не делающих даже попытки познакомится или поговорить. Я так понимаю, ко мне не только настороженно относятся, но и с некоторой долей отчуждения. Друг с другом обнимаются, курят папироски возле урны, прихохатывают, на меня посматривают, сквозь зубы сплёвывают.
Одна отличительная особенность — все в тельняшках различной степени поношенности и чистоты. Мужики и парни, человек двенадцать, различных возрастов. Вышел Семён, провёл перекличку, отправил всех к медичке.
Девушка-медик с огромной копной секущихся и безобразно обесцвеченных волос, даже не взглянув на меня, перелистнула медкнижку, сделала запись, поставила свой медицинский штампик, выпроводила меня нахер. Вот и весь медосмотр. Потом мы зашли в небольшой зал, завешанный плакатиками про спасение и первую медицинскую помощь. Семён потыкал указкой в карту побережья, что-то пробормотал про погоду и волнение. Все расписались в двух журналах и свалили. Я тоже черкнул по образцу «матрос-спс» А.Загребельный, расписался и готов был свалить на первый пирс искать свою лодку. Ага, как же.
Мой старший лодочного наряда ещё не пришел. Видать, имел веские основания приходить позже всех. А Семён озадачил меня навести порядок в зале для совещаний, помыть полы, полить чахлый фикус и протереть везде пыль. Потом подмести возле здания администрации. А ещё недовольным тоном сказал, что нехрен тут ходить в футболках «Кисс», а надо достать тельняшку.
— Ну, так выдай, — борзанул я, хотелось нарваться на конфликт, чтобы меня выперли.
— Не выдай, а выдайТЕ. А внештатникам не положена форма, не хочешь искать тельняшку, вали, тебя здесь никто не держит.
Ага, хорошо. Надо, чтобы он кинулся на меня в драку и вообще отлично. Я стащил «Кисс» и, достав из баула старый, но чистый тельник, переоделся.
— Ну, так скажиТЕ где мне взять вёдра, тряпки и швабры? — начал я быковать на Семёна. Он хоть и крепкий с виду, но, мне кажется, всё-таки коронка Борьки Саватеева «двоечка в бороду» даст мне фору, а если Семён не «поплывёт», думаю, всё равно скручу. Пониже он меня будет и в комплекции пожиже. Хотя хрен его знает, с кем он тут бьётся, может и мне прилететь.
Но Семён почему-то наезд мой воспринял спокойно:
— Ну, вот видно, что дисциплину и порядок уважаешь. Спортсмен, как я понял?
— Ну да, — сбитый с настроя на драку я подрастерялся.
— Смотри, здесь всё по-морскому: швабра — русалка, тазик — обрез. Всё вон там, в кладовке, кран на улице. Всё, давай. Тебя к хорошему спецу определили. Михаил Карпыч скоро будет, он тебя на причал и отведёт. Ты ещё панамку или кепку одень. По требованиям безопасности положено. У тебя и так все волосы выгорели, как бумага.
Вот сука! Он меня просто морально уделал,