Библиотека

Полководцы Древней Руси стр. 1035

Размер шрифта
-
+
Тема

бояре, которые вывели за собой своих людей, вовлекли в это шествие много народа. Сделать это было нетрудно. Мономаха в Киеве знали давно. Здесь он жил долгими месяцами и в юности, и в зрелые годы при отце, князе Всеволоде. Отсюда он не раз уходил в поход против половцев. Здесь стоял его дворец, находился его домовой Выдубицкий монастырь, вокруг города лежали его дворцовые села, полные смердов, закупов, рядовичей; отсюда уходили в Византию ладьи с его, княжескими, товарами.

Приспешники Мономаха понесли по городу слух, что князь проведет правый суд и накажет мздоимцев. Волнения городских низов стали утихать. А когда по киевским улицам при полном вооружении проехала княжеская дружина, мятеж окончательно стих. Стало ясно, что князь неспроста привел с собой сотни вооруженных всадников.

Мономах после встречи с горожанами близ киевских стен в город не въехал, а направился в княжеское село Берестов, потому что в Киеве было еще неспокойно. Кроме того, он хотел здесь, в отдалении от города, встретиться с верными ему людьми, допросить соглядатаев, выявить смысл народного недовольства и истинные причины мятежа. В город он должен был въехать утишителем и благодетелем, ибо не на один день, не на один год собирался он водвориться на Старокиевской горе и начинать ему, нарушившему Ярославову лествицу, следовало не с распрей, не с войны, а с мира и согласия.

Наступил следующий день, а князь все еще сидел в Берестове. Стало известно, что в загородном княжеском дворце вместе с ним сидят новый киевский тысяцкий, его старинный друг Ратибор, белгородский тысяцкий Прокопий, переяславский тысяцкий Станислав, видный боярин Олега Святославича Иванка Чюдинович, другие киевские и переяславские бояре и старшие дружинники. Здесь же вместе с ними сидят грамотеи-писцы и знатоки русских и греческих законов.

И лишь по прошествии нескольких дней, после того, как в Берестове был написан новый закон Русской земли — «Устав Владимира Всеволодовича», Мономах опять же в сопровождении телохранителей въехал в

Киев. И уже на следующее утро с княжеского крыльца, на площади близ Софийского собора, на Подоле и на торге, в селах и слободах, глашатаи прокричали собравшимся горожанам — купцам, ремесленникам, работным людям, селянам-смердам, закупам, рядовичам и прочим новый «Устав» Владимира Мономаха.

Отныне резы были ограничены. «И уставили, — кричали глашатаи, — до третьего реза, оже емлет в треть куны; аже кто возмет два реза, то ему исто, паки ли возмет три реза, то иста ему не взяти». А это означало, что если человек, взявший долг, заплатил дважды свои резы, то он обязан был возвратить и всю сумму долга, но если он уплатил три реза, то есть уже вернул в полтора раза больше, чем взял, то долг ему по новому княжескому закону прощался. «Устав» говорил и о том, как брать резы с должников впредь: «Аже кто емлет по 10 кун от лета на гривну, то того не отметати». А это означало, что теперь мздоимцам не разрешалось кабалить людей, как прежде, разорять их и волочить на правеж. Великие резы, лихоимание неправедное, мзды тяжкие были тем самым прекращены.

В тот же день в Киеве мятеж окончательно утишился, нашлись люди, которые побежали тут же славить праведный суд нового великого князя, но были и такие, которые лишь

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.