Полмира стр. 378
кинжал Бренда из-за пояса, и ударила Горма в шею, когда он снова посмотрел на нее.
Он дернул вверх руку со щитом, защищаясь, и клинок пронзил его плоть, крестовина, сделанная в форме змеи, хлопнула ему по ладони. Она зарычала, отбрасывая его руку, его щит свободно болтался на ремнях, но, дрожа от усилия, он остановил яркое острие прямо у своего горла, задержал его там, и розовая слюна капала с его сжатых зубов.
А потом, несмотря на то, что его рука была пробита насквозь, огромные пальцы сомкнулись на ее правом запястье и плотно ее сжали.
Колючка напрягалась всеми фибрами, чтобы протолкнуть красный клинок ему в шею, но сильного мужчину не победить силой, и не было человека сильнее, чем Ломатель Мечей. Он держал обе ее руки, выставил плечо, зарычал и оттеснил ее, дрожащую, назад, назад к краю квадрата. Горячая кровь сочилась из его проколотой ладони на рукоять кинжала, увлажняя ее раздавленное запястье.
Бренд болезненно застонал, когда Горм поставил Колючку на колени перед глумящимися воинами Ванстерланда.
Ее эльфийский браслет сиял красным сквозь плоть его сжимающейся руки, внутри которой чернели кости, все сжимая и сжимая. Она выдохнула через сжатые зубы, когда нож выпал из ослабших пальцев ее левой руки, отскочил от ее плеча и упал в траву. Тогда Горм выпустил ее запястье и крепко схватил ее за горло.
Бренд попытался сделать шаг в квадрат, но Отец Ярви схватил его под руку, Ральф под другую, утаскивая его назад.
– Нет, – прошептал кормчий ему в ухо.
– Да! – взвизгнула Мать Исриун, довольно глядя на них.
Не вздохнуть.
Каждая натренированная мышца Колючки напряглась, но Горм был слишком силен, и он гнул ее назад, назад. Его захват сдавливал ее правую руку вокруг рукояти кинжала Бренда, кости трещали. Она шарила другой рукой по траве, пытаясь найти нож, но не могла найти. Ударила ему по колену, но в этом ударе не было силы. Попыталась достать до его лица, но смогла лишь слабо дернуть за его окровавленную бороду.
– Убей ее! – крикнула Мать Исриун.
Горм прижал Колючку к земле, кровь капала из его рычащего рта на ее щеку. Ее грудь вздымалась, но лишь мертвое хлюпанье раздавалось в ее горле.
Не вздохнуть. Ее лицо горело. Она едва слышала бурю голосов из-за бурлящей крови у нее в голове. Она дернула руку Горма онемевшими пальцами, вцепилась в нее ногтями, но та была выкована из железа, вырезана из дерева, безжалостна, как корни деревьев, которые за годы разорвут на части любую скалу.
– Убей ее! – Хотя она не видела скорченное в триумфе лицо Матери Исриун, но слышала ее визг. – Верховный Король предписывает! Это уготовано Единым Богом!
Глаза Горма метнулись к министру, его щека дернулась. Его хватка, казалось, ослабла, но возможно это Колючка хваталась за жизнь, которая ускользала и ускользала.
Не вздохнуть. Становилось темно. Она встала перед Последней Дверью, и никаких уловок не осталось. Смерть отодвинула задвижку, широко распахнула дверь. Колючка колебалась на пороге.
Но Горм не бросил ее туда.
Словно через тенистую вуаль она увидела, как его чело сморщилось.
– Убей ее! – вопила Мать Исриун, и ее голос поднимался все выше и