Полосатый жираф Алик стр. 37
на моих сырых щеках.
— Да не прячься, — тихо сказал Голован. — Чего такого… Думаешь, ты один плачешь по ночам?
— А кто еще? — буркнул я. — Веранда. что ли?
— Все. Когда одни…
Тогда я всхлипнул не скрываясь:
— Послушай…
— Не надо, Вовка. Я ведь знаю, про что ты хочешь сказать. Это у всех…
— Но все-таки почему так? Почему пусто кругом? Везде-везде-везде… Миллиарды звезд, миллиарды планет, и ни одной живой… Куда ни прилетишь — не то что человека, даже букашки никакой, даже травинки. Камень, камень… Да еще эти оранжевые межпланетные комары… Но они, по-моему. мертвые…
Голован сел поближе, обнял меня за плечо.
— Вовка… я тебе скажу. Я невеселое тебе скажу, даже безнадежное, но ты ведь все равно и сам когда-нибудь это понял бы… Мы никогда не увидим живых планет. Их очень много — и таких, как Земля, и всяких других, но они… но мы не можем видеть их, а они не могут видеть нас. Даже если бы мы отыскали Землю, то все равно увидели бы пустой каменный шар.
— Но по-че-му?
— Потому что мы и они в разных измерениях. Мы ушли с нашей планеты, оставили там свои тела, и теперь… ну, как бы прозрачны для землян… и вообще для всех живущих. А они — для нас.
Мы в разных мирах…
— Да я понимаю… Но Вселенная-то одна!
— Она одна, а измерений… Ну, вот представь двух жучков на черном шаре. Один ходит снаружи, другой внутри. Ходят они, ходят, но друг дружку никогда не увидят, никогда не сойдутся. Потому что у них — разные плоскости…
— Но тот, который внутри… он ведь как-то попал туда! Должна же быть в шаре дырка!
— В шаре-то, может, и есть. А для нас… обратной дороги нет.
Я сжал зубы.
— Ладно… А где же те, кто приходит в это измерение с планет? Почему здесь никого, кроме нас?
— Наверно, рассеяны в Бесконечности… Нам еще повезло, что вместе. Могло закинуть куда-нибудь поодиночке…
— Это что же? Причуды Бесцветных Волн?
— Не знаю, Вов… Может, какая-то ошибка.
Тогда я сказал про последнюю несбывшуюся надежду:
— Даже Планеты Кусачих Собак нет. Я весь тот пятый угловой конус обшарил. Думал… может, не все собаки там такие уж злые… Хоть бы погладить одну. Или щенка найти для Аленки. Щенки-то всегда добрые…
— Я тоже искал, — признался Голован. — Нету ее нигде. Наврал Рыкко, скотина.
А «великий и непобедимый носитель Мирового Зла» дрыхнул, задрав свои лапы, на магнитной кровати. Довольный такой…
Я пожалел, что не умею делать из прстранства линзы. А то (я быстренько прикинул координаты Рыкко) сейчас бы собрал весь звездный свет и прижег бы паразиту… даже не лапу, а что-нибудь почувствительней.
Ладно, линзы нет, но можно и по-другому!
Я придумал гигантскую катапульту, вложил в нее глиняный шар, начиненный механическими осами со стальными жалами-булавками… Едва ли у Рыкко над кроватью сплошной защитный полог: мы давно всерьез не воевали, и злодей не ждал нападения.
Голован смотрел с интересом. Хорошо, что нет рядом Кириллки, некому упрекнуть меня в вероломстве.
Я велел катапульте закрутитить свою пружину из синтетических жил и сказал:
— Пуск!
… — А-а-а! Бандиты! Сопляки паршивые! Что я вам сделал, негодяи?!
Слышно было, как Рыкко лупит по