Полые холмы стр. 249
я видел принца у Мерлина, – объяснил он собравшимся, – это было в Диком лесу, и в руке он держал меч, столь прекрасный, что я в жизни такого не видывал, весь выложенный драгоценными каменьями, точно императорский, и клинок его сиял, как луч света, так что больно было смотреть.
Лот откашлялся.
– Обман зрения. Колдовство. Ты же сам говоришь, при этом был Мерлин. Мы все знаем, что означает его присутствие. Если Мерлин – наставник Артура...
Его прервал низкорослый темноволосый и краснолицый человек, в котором я узнал Гвила с западного побережья, где в горах до сих пор собираются друиды:
– А если и колдовство, что с того? Да за королем, владеющим магией, всякий пойдет!
Это вызвало крики одобрения. Застучали по столам кулаки. Многие гости были кельты из горных областей, и такая речь пришлась им по душе.
– Правда, правда! Сила – вещь хорошая, но какой от нее прок без удачи? А у нашего короля, хоть он и молод, есть и то, и другое. Справедливо говорил Утер о доброй выучке и добром совете. А лучший советчик, чем Мерлин, может ли быть у молодого короля?
– А добрая выучка, – подхватил звонкий молодой голос, – состоит не в том, чтобы выжидать, не вступая в бой, покуда чуть вовсе не опоздал!
Это крикнул, забывшись, Бедуир. Отец для острастки отпустил ему затрещину, но удар пришелся сбоку и не сильный, а карающая рука задержалась и потрепала мальчика по затылку. На них смотрели с улыбкой. Жар спадал. Кипение страстей, вызванное приступом суеверного страха, утихло, люди пришли в себя и были готовы слушать и взвешивать услышанное. Кое-кто из склонявшихся на сторону Лота и его приспешников стал от него отходить. Раздались голоса: «Почему молчит Мерлин? Мерлин знает, как надобно поступить. Пусть он нам скажет!» И другие подхватили: «Мерлин! Мерлин! Пусть Мерлин говорит!»
Я дал им немного покричать. А потом, когда они уже готовы были стены разнести от нетерпения, заговорил. Я не повысил голоса и не сдвинулся с места, а остался, как стоял, между мертвым королем и живым; но люди притихли и стали слушать.
– Я должен сказать вам две вещи, – начал я. – Во-первых, король Лотиана ошибся: я не наставник Артура, а его слуга. А второе – то, что уже говорил вам герцог Корнуолл: что от Саксонской угрозы нас оградит король, юный и здравствующий, и в руке у него – меч, данный ему богом.
Лот увидел, что удача от него ускользает. И крикнул, обводя взглядом своих сторонников:
– Да, меч – любо-дорого смотреть! Появляется в руке как видение и исчезает во время битвы!
– Вздор говоришь, – оборвал его граф Эктор. – Тот меч, что был выбит у него из рук, одолжил ему я. И не сокрушаюсь о нем, не из лучших был клинок.
Кто-то засмеялся. Здесь и там блеснули улыбки, и теперь в голосе Лота слышалась лишь ярость поражения:
– Так где же он добыл тот чудо-меч и куда он теперь подевался?
Я ответил:
– Он один отправился на Каэр Банног и достал меч, хранившийся на дне озера.
Стало тихо. Среди собравшихся не было никого, кто бы не знал, о чем идет речь. Я увидел, как люди осеняют себя знаком, охраняющим от чар.
Кадор нарушил