Попугай в пиджаке от «Версаче» стр. 112
Гришину.
Значит, такие же размеры, как у настоящей картины.
Мерзкая старуха перехитрила всех. Она положила подделку в банковский сейф, а настоящую картину повесила на виду, заклеив ее дешевенькой иконкой. Она сидела на своем диване, глядела на картину и посмеивалась.
Но даже не это самое ужасное. Самое ужасное, что кто-то побывал здесь раньше Веры, разгадал теткину хитрость и унес картину.
Унес ключи от Вериной великой мечты, ключи от солнечных пляжей, белоснежных лайнеров, роскошных отелей.., ключи от счастья, как понимала его Вера Зайценогова.
Вера застонала.., и тут же замолчала, застыв от страха.
Дверь квартиры едва слышно скрипнула.
Сердце бешено заколотилось, во рту пересохло. Вера, крадучись, двинулась в сторону прихожей. Она смутно надеялась, что странный звук ей померещился, и хотела убедиться, что в квартире нет никого, кроме нее, и запереть дверь на огромный допотопный крюк.., она ругала себя за легкомыслие, за то, что сразу не догадалась накинуть этот крюк, понадеявшись на замки.
Разве замки остановят настоящую опасность? Говорят, замки — только от честных людей, а вору ничего не стоит справиться с любым замком…
Вору или убийце.
Вера приблизилась к двери комнаты и выглянула в прихожую.
Нет, тихий скрип ей вовсе не померещился, и она больше не была в квартире одна.
В прихожей стоял человек.
Увидев его, в первый момент Вера даже почувствовала облегчение — до сих пор она так легко управлялась с ним, так ловко умела убеждать его, играя на его комплексах и маниях, заставляла делать то, что ей было нужно. Сама его фигура — сутулая, тщедушная вовсе не казалась опасной…
Но она тут же напомнила себе, что эта его беспомощность, безопасность — кажущаяся, что на самом деле он — опасный маньяк, убийца, на чьей совести уже три человеческие жизни.., кому это знать лучше, чем ей? И что из того, что до сих пор он был ее послушным орудием? Считать, что маньяк вполне управляем, — то же самое, что курить на ящике динамита…
Как бы подтверждая ее подозрения, Роман угрожающе проговорил:
— Вот, значит, ты где… Ну здравствуй, Вера.
— Как ты меня нашел? — Девушка попятилась, отступая к двери гостиной.
— Люди.., люди подсказали, проговорил Роман, нервно потирая руки и делая шаг вперед.
— Какие еще люди?
— Это неважно, — отмахнулся он, — какая разница, кто мне это сказал.., важно совсем другое. Не ты ли говорила мне, что никому нельзя позволять манипулировать собой?
— Говорила, — отозвалась Вера, не спуская с маньяка испуганного взгляда, — ну и что?
— И как раз ты превратила меня в самую настоящую марионетку.., ты заставила меня делать за тебя черную работу, таскать каштаны из огня.., ты превратила меня в убийцу!
— Врешь! — вскрикнула Вера. — Ты уже был убийцей! Ты убил Животовского до того…
— Это неважно, — снова отмахнулся Роман, как от назойливой мухи, — важно другое. Справедливость должна быть восстановлена.., я слишком долго был слеп, позволял тебе дергать за ниточки…
Вера оглядывалась по сторонам в поисках чего-нибудь тяжелого, в поисках какого-нибудь орудия самообороны, но Роман неожиданно проворно подскочил к ней, схватил за плечо горячей твердой рукой и зашептал прямо в ухо:
— Ты использовала меня! Хорошо, что мне открыли глаза! Я тебе верил, а ты моими руками расчистила путь к наследству! Теперь