Попытка говорить 2. Дорога человека стр. 243
тоже следствие моего характера. Или сути, если угодно. Для меня каждый, готовый к диалогу, ничего не желающий от меня получить и ни к чему меня не принуждающий – друг… пока делом не докажет обратного.
- Единые стандарты, единая мера для всех и каждого… это иллюзии, причём опасные. У каждого из здесь присутствующих, даже у Блюстителя и ЛиМаша, свои интересы. И далеко не каждый готов поступиться своим ради совместного дела. Особенно если ради этого дела требуется идти на серьёзный риск и терпеть невосполнимые потери.
- Это, Неклюд, снова теория, – сказал
я с нажимом. – А вот если поставить вопрос, что называется, ребром: неужели ты откажешься от Пятилучника и всего, чем он может стать, ради личной безопасности? Неужели не считаешь этот мир своим?
- Считаю. И готов защищать его. Но ведь понятие защиты каждый тоже трактует по-своему. Взять хотя бы Айнельди. Будете ли вы претендовать на этот мир, а, божественная?
- Я возьму не больше, чем мне отдадут по доброй воле.
- Красивые слова.
- Для богов то, что вы называете красивыми словами, значит не меньше, чем для вас – ваша магическая Сила.
- Ты напрасно пытаешься спровоцировать Рина, – заметил Тенелов. И тотчас же стало ясно, что он, ученик Фартожа Лахсотила, ставит себя выше Неклюда – ученика мага, называвшего наставником ученика Фартожа. – Айнельди пришла сюда и останется здесь, и будет жить здесь, как живёшь ты, а Рин жить в Пятилучнике не будет, потому что он неспроста назван Бродягой. Такова его суть, которую вряд ли с лёгкостью изменит даже Дорога Сна.
- А тебе, Тенелов, – ворчливо заметил древний маг, – вообще лучше было не раскрывать рта. Скромно полагаю, что и Рин, сторону которого ты якобы принял, и Айнельди, которую ты будто бы защищаешь, не высоко оценят твою речь. Не особенно вежливую уже потому, что все мы у Неклюда в гостях и должны соблюдать правила гостеприимства.
Богиня не удержалась от шпильки:
- Наш хозяин первым назвал единые стандарты опасной иллюзией.
- Давайте оставим выяснения отношений до более удачного момента, – предложил я со всей убедительностью, какой мог достичь при помощи ламуо. – Я собрал здесь всех нас, полагая, что у присутствующих имеется некий общий интерес. Мы можем расходиться в вопросе о том, как надо жить, что стоит защищать и за что не жаль умереть. Но все мы, как мне кажется, хотели бы жить как можно дольше. А одно из условий такой жизни, кстати, – разумное ограничение своих притязаний. Подчёркиваю: разумное.
- Не все из присутствующих в полном смысле живы, – напомнил Тенелов.
- Зато, на что я очень надеюсь, – парировал я, – разумны ВСЕ собравшиеся. Большинство из нас – маги. А это означает, среди прочего, что нам нет смысла зариться на чужое: у каждого из нас более чем достаточно своего. Станет ли Неклюд отбивать у Айнельди паству? И сможет ли вместо него Айнельди проследить за питающим узлом?
- Довольно стыдить их, – сказал Резак. – Они уже всё поняли… не так ли?
- Так, – согласился Неклюд. Тенелов кивнул почтительно, и даже богиня сочла не лишним прикрыть глаза в