Пора исключить букву «ять» из русского алфавита стр. 2
напр., буквою „е“ въ словахъ: жребя, предана, древо и др., почему для насъ является возможность дѣлать разныя предположенія относительно первоначальнаго выговора „ѣ“. Наиболѣе вѣроятнымъ намъ кажется, что буква „ять“ произносилась, какъ „jа“.
Въ самомъ дѣлѣ, обратимъ вниманіе на то названіе, которое имѣетъ разсматриваемая нами буква. Названіе буквы — ιατ, т. е. jать — естественно наводитъ на мысль, что, при составленіи славянской азбуки, нашей буквою обозначался звукъ „jа“.
2) а) Въ древне-болгарскомъ языкѣ „ѣ“ и „jа“ настолько близки между собою, что нерѣдко замѣняютъ другъ друга: вьсѣкъ нынѩ вм. всѩкъ нынѣ; „въ парем. XII в ѣко, ѣвити, ѣже вм. ѩко, ѩвити, ѩже и наобор.: бѩ, звѩрь, дрѩво вм. бѣ, звѣрь, дрѣво (Буслаевъ „Историческ. грамматика“. § 25. М. 63).
б) Востоковъ указываетъ, что въ древнѣйшей сербской рукописи (въ граматѣ Кулина, бана боснійскаго. 1189 г.) буква „ѣ“ ставилась вмѣсто „jа“, напр., въ словѣ „диѣкъ“ („Грамматика церк.-слав. яз.“, стр. 11.— 63 г.).
в) То же самое наблюдаемъ мы въ древнихъ русскихъ памятникахъ, напр., въ Остромировомъ евангеліи: самарѣнинъ и самарѩнинъ, каплѣ и каплѩ и др.
3) Произношеніе „ѣ“, какъ „jа“, имѣетъ мѣсто въ славянскихъ языкахъ и въ настоящее время. Особенно это принято въ польскомъ языкѣ; тамъ „ѣ“ выговаривается, какъ „jа“, напр., въ словахъ, лjас. тjало. То же мы слышимъ у восточныхъ болгаръ, которые
говорятъ: млjaко, чолlакъ и т. п. Есть такое произношеніе въ общемъ русскомъ и въ мѣстномъ великорусскомъ выговорѣ. Для примѣра укажемъ на слова: jад, пjатух, звjазда, лjанив.
4) Нерѣдко мы встрѣчаемся съ произношеніемъ „ѣ“, какъ „а“. Звукъ „а“ здѣсь слѣдуетъ принимать за звукъ „jа“, утратившій свое смягченное произношеніе. Замѣна „ѣ“ буквою „а“ принята послѣ „ж, ч, ш“; иногда то же бываетъ послѣ „ц“. Подобная замѣна имѣетъ мѣсто какъ въ старославянскомъ, такъ и въ современномъ русскомъ языкѣ, напр., въ словахъ: нижайшій, величайшій, слышать, цаловать.
Произношеніемъ „ять“ какъ „jа“ легко объяснить выговариваніе „ять“, какъ „і“. Имѣя въ своемъ составѣ звукъ „і“, „ять“ легко можетъ замѣняться послѣднимъ.
Произношеніе „ѣ“ какъ „jо, jе, е“ явилось вслѣдствіе ослабленія ея втораго составнаго звука въ „о, е“.
Гипотеза о произношеніи „ѣ“ какъ „jа“, не препятствуетъ намъ сказать, вмѣстѣ съ Гебауеромъ („Славянскія нарѣчія“. Кіевъ, 82 г.) и Романовичемъ („Фонетика русскаго и др.-слав. яз.“ Спб., 85 г.), что „ѣ“ соотвѣтствовала двугласной древнихъ языковъ „аі“, напр.: іудѣй гр. ιουδαιος, еврѣй гр. ευραιος, снѣгъ готск. snaivs, хлѣбъ гот. hlaibs, мѣна литовск. mainas, вѣнецъ лит. vainicias. Весьма можетъ быть, что въ глубокой древности у славянъ часто употреблялся сложный звукъ „аі“ и „ѩ“=jа. Однако тожество древняго „jать“ съ звукомъ „jа“ не можетъ быть признано несомнѣннымъ.
Допустимъ, что намъ когда нибудь удастся вполнѣ доказать такое тожество. Тѣмъ не менѣе мы не придемъ къ практическимъ результатамъ и не станемъ произносить букву „ѣ“. какъ „jа“, не будемъ говорить дjало вм. дѣло, бjалый вм. бѣлый, сидjать вм. сидѣть и т. п. Народъ — господинъ языку: разъ онъ допустилъ въ своей рѣчи преобразованіе звука, то не станетъ возвращаться назадъ: а если буква „ять“ передаетъ звукъ, равный звуку, обозначаемому буквою „е“, то употребленіе „ять“ въ нашей письменности совсѣмъ излишне.
Но нѣкоторые ученые стараются защищать необходимость въ алфавитѣ буквы „ѣ“: такъ, Гильфердингъ говоритъ: „У насъ употребленіе буквы „ѣ“ оправдывается тѣмъ, что особенность ея значенія не совсѣмъ