Портфель капитана Румба стр. 7
сносное, тогда еще кое-как можно жить. А если господин учитель приходил в школу, поругавшись с квартирной хозяйкой или посмотрев плохой сон, тогда держись, ребята. Ученики сидели не дыша и пуще всего боялись встретиться с господином Шпицназе глазами. Но он в любом шевелении усматривал нарушение порядка и все равно находил виноватого. И тогда он брал в углу тонкую трость, удобно усаживался на стуле у классной доски и ласково говорил:
– Ну-с, прошу-с, голубчик, ступайте сюда… – При этом длинный плоский нос его белел, а ладони потели от удовольствия. Несчастный понуро шел и укладывался животом к учителю на колени. И орал, и дрыгал ногами, потому что господин Шпицназе так обрабатывал беднягу тростью, что над штанами повисало облако пыли и они, бывало, даже лопались по шву…
Окончив педагогическую процедуру, господин Шпицназе обводил бледными глазами класс:
– Ну-с, кому еще напомнить о дисциплине? Прошу-с…
За эту вот зловещую ласковость и получил он прозвище "Нус-Прошус". Впрочем, чаще его звали просто "Нус" (похоже сразу на "нос" и на "гнус", не правда ли?).
Гвоздика до поры до времени злая судьба обходила стороной. Но вот однажды Нус пригляделся и спросил:
– А что это вы, милый мой, показываете мне, своему наставнику, язык?
Гвоздик испугался, но не очень. Он встал и объяснил господину учителю, что это просто привычка: трогать языком родинку. И на всякий случай сказал: "Простите, я больше не буду".
– Очень хорошо, что не будете. А чтобы вы скорее избавились от столь дурной привычки, мой долг вам помочь. Прошу-с…
Гвоздик вздохнул и пошел. Но когда Нус-Прошус взял его за плечо, случилось небывалое. Учительский стул полетел в угол, а сам наставник взмахнул в воздухе лаковыми башмаками, грохнулся на четвереньки и в таком положении выбежал за дверь, открыв ее головой. Вслед ему полетели обломки трости. Все обмерли. А Гвоздик стоял и смущенно потирал коленку, о которую перешиб палку господина Шпицназе.
Дело в том, что Гвоздик, хотя и был тонкий и маленький, знал кое-какие приемы. Лихие матросы из экипажа канонерской лодки "Не тронь меня" научили его, как даже щуплый мальчик может бросить через себя взрослого дядьку. Главное, чтобы неожиданно…
Ученик Дик и учитель Шпицназе были исключены из школы одновременно. Гвоздик – за то, что осмелился поднять руку на своего наставника. А Нус – потому, что позволил на глазах всего класса разрушить учительский авторитет.
Говорили потом, что Шпицназе пошел служить агентом в частную сыскную контору. А Гвоздик оказался на неожиданных и бессрочных каникулах, которые совсем его не радовали.
4. Старое кресло. – Загадка "Лакартеры". – Сокровища. – Проклятие капер-адмирала Ройбера. – "Это не мама".– Дядя Ю, – осторожно сказал Гвоздик, – у нас ничего не осталось от той краюшки, которая была на обед?
– Ох, Дикки… Ты же сам замел последние крошки и кинул в рот. Завтра утром что-нибудь придумаем…
– До утра можно совсем отощать… – Гвоздик делал вид, что шутит.
– Тебе, Дикки, тощать некуда, ты и так настоящий гвоздик. А я все равно не похудею. Даже в голодном детстве я был круглый, как буква "о" в названии бригантины капитана Румба.
– Дядюшка, но ведь бригантина-то называлась "Лакартера", – подумав, заметил Гвоздик. – Там нет буквы "О".
– Вот именно. Значит, я был еще круглее… – папаша Юферс тоже пытался шутить.