Портной из Панамы стр. 12
в свою очередь, показалось, что в манере Оснарда глотать целые слоги прослеживается манера привилегированного класса – таким, как он, свойственно игнорировать счета дяди Бенни. Но они говорили и слушали дальше, и Пенделю начало казаться, что между ними возникает молчаливое понимание, как между двумя ссыльными, где каждая из сторон с радостью готова отбросить все предубеждения ради того общего, что их связывает.
– Поживу в «Эль Панама» до тех пор, пока моя квартира не будет готова, – объяснил Оснард. – А она должна была быть готова еще месяц тому назад.
– Вот так всегда, мистер Оснард. Эпоха строителей и строительства подошла к концу. Сам убеждался в
этом много раз и не устану повторять. Что в Тимбукту, что в Нью-Йорк Сити – все едино. Самое неэффективное на свете занятие – это строительство.
– И у вас там в пять, должно быть, становится потише? Наплыв спадает часам эдак к пяти?
– Пять часов – самое благодатное у нас время, мистер Оснард. Вся моя публика, благополучно откушав ленч, возвращается на рабочие места, а то, что я называю предобеденным часом, еще впереди. – Он подавил извинительный смешок. – Ну вот вам, пожалуйста. Я оказался лжецом. Ведь сегодня пятница, а потому все мои помощники спешат к женам домой пораньше. В силу этого ровно в пять буду счастлив уделить внимание исключительно вам.
– Вы лично? Собственной персоной? Но ведь большинство модных портных нанимают служащих, которые и выполняют за них самую тяжелую работу.
– Боюсь, я в этом смысле человек самый что ни на есть старомодный, мистер Оснард. Для меня появление каждого нового клиента является своего рода вызовом. Я сам снимаю все мерки, сам делаю раскрой и примерку. Причем меня совершенно не волнует, сколько их будет, этих примерок, лишь бы костюм сидел хорошо. И ни одна из частей костюма не покинет ателье до тех пор, пока я лично не прослежу за каждой стадией ее изготовления.
– О'кей. И сколько же? – осведомился Оснард. Но ничуть не оскорбительным, скорее игривым тоном.
Добродушная улыбка на лице Пенделя стала еще шире. Если бы он говорил на испанском, который стал его второй душой и которому он теперь отдавал предпочтение, он бы ничуть не затруднился с ответом. В Панаме никогда и никого не смущают разговоры о деньгах, за исключением тех случаев, когда последние подходят к концу. Но эти англичане, выходцы из высшего класса, всегда так непредсказуемы, когда речь заходит о деньгах, причем чем они богаче, тем экономнее.
– Я произвожу предметы высшего качества, мистер Оснард. И всегда говорю: «Роллс-Ройсы» задаром не бывают. То же относится и к фирме «Пендель и Брейтвейт».
– Так сколько же?
– Ну, сэр, две с половиной тысячи за стандартный костюм-двойку, это, я считаю, вполне нормально. Хотя может обойтись и дороже, тут зависит от ткани и фасона. Пиджак или блейзер – полторы, жилетка – шестьсот. А поскольку у нас есть тенденция использовать более легкие материалы и мы обычно рекомендуем клиенту заказать вторую пару брюк, за специальную цену, восемьсот долларов, то… Судя по вашему молчанию, вы, должно быть, шокированы, мистер Оснард?
– Просто мне казалось, что больше двух такой костюм обычно не обходился.
– Да, сэр, все правильно, именно так оно и было еще три года тому назад.