Библиотека

Портрет миллионера стр. 51

Размер шрифта
-
+
Тема

слышала.

– Милли, я не склонен отдавать отцу еще несколько лет, работая для него. Неужели ты думаешь, что я вот так, в одну минуту, отдам ему всю жизнь?

– Не знаю, – призналась Милли. Ей казалось, он захватил весь ее мир, оставив ее обнаженной. Казалось, все ее эмоции как будто воспламенились, каждая мысль, каждое чувство стало ярче, интенсивней. – Может, я ищу оправданий тому, чтобы не выходить за тебя замуж… Я знаю, что первый, кто подарит твоему отцу внука, получает в награду…

– Я говорил с ним вчера вечером и отказался от столь лестного предложения. Безумие. С какой стати мне наследовать все, когда у меня два брата и сестра. Я сказал отцу, что буду работать с ним, только если смогу делать это в Лондоне.

– В Лондоне? Ты собираешься переехать?

– Конечно. Говоря об этом, я надеялся, что мы будем вместе, настоящей семьей, но я понимаю сейчас – это невозможно. И все же я хочу быть настоящим хорошим отцом. Это трудно, если я в Австралии, а сын в Лондоне. Я знаю – даже если мы и не будем вместе, ты поступишь со мной по справедливости. Я доверяю тебе, Милли, – Леонид смотрел в ее застывшее лицо.

Для человека с таким прошлым доверие – больше, чем любовь, и Милли

осознавала это. Но сейчас понимание ей не поможет, ничто не поможет, когда мужчина твоей мечты объясняет тебе, почему он не женится на тебе. Но потом станет легче. Его доверие всегда будет ей поддержкой.

– Я проснулся утром и понял – я доверяю тебе абсолютно, твердо знаю, что интересы нашего ребенка для тебя важнее всего.

– Женаты мы или нет, друзья или нет, ты всегда будешь его отцом. Всегда.

– Теперь я это знаю. Знаю, ты никогда не отстранишь меня от моего ребенка. Не как… – он замолчал, но Милли, тонущая в собственных горестях, запутавшаяся в своих чувствах, уловила что-то необычное в его голосе.

Глядя в прекрасное лицо Леонида, в его задумчивые глаза, она чувствовала, что смотрит в его душу и видит не боль, не горечь и сожаление, а кровоточащее, неуемное страданье.

Смутное подозрение, возникшее у нее, было так невероятно, так жестоко, что ей захотелось закрыть глаза.

– Он знал, да?

– Нет, он ничего не знал, – Леонид убрал руки.

– Значит, она… Нина знала? – прошептала Милли.

– Не будем касаться этого, не надо больше боли.

– Чьей боли?

– Если моя семья узнает – если отец узнает, что она сделала… Анника, Иосиф… – Мужчина задержал дыхание. – Нельзя, это разрушит их.

– Меня это не разрушит. Ты сказал, что доверяешь мне, – ее голос был неожиданно тверд.

– Я доверяю тебе.

– Так скажи.

Леонид так тяжело перевел дыхание, как будто задыхался.

– То, что я говорил тебе раньше, правда, но не вся. – Он смотрел Милли в глаза, снова взяв ее руки в свои. Теперь он говорил полную правду, не версию Коловских, а реальную правду, которую видел маленький мальчик: – За день до того, как мама отвела меня в дом малютки, мы пошли к моему отцу. Там находилась Нина, она была беременна – я это помню. Помню также, что отца не было дома. Мама рассказала Нине, как серьезно она больна. Это я тоже помню, потому что я

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.