После победы стр. 36
насчет способов ускорить неизбежное в случае патологического ожирения.
По мере того как день клонился к вечеру, подвиги ГЬрдо завели его на север, на родину Джэнси Гейн, и дальше. Ароматы кипящих, жарящихся и пекущихся блюд в конце концов вывели Гара из задумчивости и прервали его собственные воспоминания. Они даже заставили Гордо вставить описание пира в самый разгар битвы, и он начал пускать слюни, словно голодный охотничий пес, стоящий с подветренной стороны от хорошо прожаренного ростбифа.
Мать Спайдо послала Гара с сыном к ручью, чтобы умыться и принести воды. На Спайдо было жалко смотреть.
– Простите, сэр, даже не знаю, что вы должны подумать о моих родных.
– Я нахожу их очень интересными. Ты сказал, что твоя мать живет в своем собственном мире…
– Да, сэр.
– Твой дядя привносит в него от себя добрый кусок.
– Это правда, сэр. Никогда не знаешь, что он скажет.
– Или насколько можно верить сказанному. Спайдо удивленно поднял брови и взглянул на убийцу.
– Сэр, я думаю, вы точно знаете, насколько этому можно верить.
– Понял.
Спайдо стряхнул с рук воду.
– Если дядюшка ГЬрдо рассказывает не о деревне или происходящих в ней событиях, то его сведения устарели на десять лет.
– Кроме тех, которые ты сообщил ему в своих письмах.
– Я лишь вскользь упомянул о вас, сэр, до того, как узнал о задании и все такое.
– Я это запомню, Спайдо. Спасибо. К тому времени, как они вернулись в дом, ГЬрдо переместился со своего места у стенки во главу стола. Гар отметил, что у той стены, где сидел Гордо, не было скамьи или табурета. Ему показалось, что под покрывалом мелькнул край толстого бревна, но он не был уверен, потому что ГЬрдо восседал на нем, словно какой-то странный гибрид гриба с человеком.
Хозяюшка Блотт усадила Спайдо по правую руку от себя, а Гара по левую, потом постучала по крышке стола деревянной разливной ложкой. Резкий звук прервал рассказ Гордо о приключении в Башне монахинь ордена Пресвятой Девы с Сильно Бьющимся Сердцем, и хозяюшка Блотт начала говорить прежде, чем он смог продолжить.
– Ладно, мы с вами сейчас устроим пир и назовем его официальным банкетом по случаю возвращения моего сына, героя Торфея. Будет подано четыре с половиной перемены и еще немножко. Сперва суп.
Она отошла назад к плите и вернулась с огромной кастрюлей и четырьмя мисками, размером со стальной шлем. Разлила по мискам густое коричневое варево, в котором плавали куски странной формы, и поставила миску перед каждым из гостей.
– Давайте ешьте, и чтобы все съели! Гордо и Спайдо схватили миски и начали пить, Гар последовал их примеру, не дожидаясь ложки. Аромат ударил ему в ноздри, будто кулаком – не больно, но чувствительно, – и, вкусив первый глоток, он вздрогнул. Острый бульон был восхитительным, а маленькие кусочки овощей взрывались на языке, словно хлопушки с сюрпризом из ароматов. Ломтики ветчины таяли во рту, а крупные куски немного жестковатого мяса – очень похожего по вкусу на куриное – вносили в блюдо экзотическое разнообразие. Он не успел опомниться, как опустошил свою миску, вслед за сидящим напротив Спайдо, протянул ее хозяюшке Блотт.
– Еще, пожалуйста.
Широко улыбаясь, хозяюшка Блотт разделила остаток между Гаром и Спайдо, холодно