После Развода. Соседи поневоле стр. 40
Взял мою руку, крепко поцеловал.
Его глаза светились от счастья.
Он обнял меня.
Крепко, до хруста.
Я чувствовала, как дрожат его руки.
— Лина, — прошептал он, — ты не представляешь, что это для меня значит.
— Ребёнок — это большая ответственность, Вадим.
— Я готов, — он отстранился, взял моё лицо в ладони. — Я готов ко всему. Мы теперь будем вместе, я тебя никуда не отпущу.
— Я никуда не уйду, — я улыбнулась, глядя на него. — Куда я денусь с двумя полосками?
Он рассмеялся, искренне, как ребенок и снова поцеловал меня.
Через три дня слухи о беременности дошли до Веры Павловны.
Я сидела в галерее, разбирала документы, когда в дверь вошла она.
Без охраны.
В простом чёрном платье, с бледным лицом и виноватыми глазами.
— Здравствуй, Лина, — сказала она спокойным, мягким голосом.
Я встала, чувствуя как напряглась моя спина.
— Здравствуйте, Вера Павловна.
— Я знаю про ребёнка, — она подошла ближе. — Вадим сказал. Я пришла не воевать.
— А зачем? — я не верила в ее добрые намерения.
Она села в кресло, посмотрела на меня.
В её глазах, впервые за всё время, не было ненависти.
Только усталость и что — то похожее на сожаление.
— Ты сделала моего сына счастливым, — сказала она. — Я не замечала этого раньше. Или не хотела замечать.
— Я не делала его счастливым, — я села напротив. — Мы вместе учимся быть счастливыми.
— Я хочу попросить у тебя прощения, — она сжала руки. — За всё. За угрозы, за галерею, за ту женщину, которую я подослала разбить окна. За Ирину, это я надоумила её подать заявление.
Я смотрела на неё и не верила своим ушам.
— Вы признаётесь?
— Признаюсь, — она опустила голову. — Я хотела выжить тебя любой ценой. Но Вадим сказал, что если я не остановлюсь, он уедет с тобой в Италию, и я больше никогда не увижу его и внука, или внучку.
— И вы испугались?
— Да, — она подняла глаза. — Я испугалась. Потому что Вадим мой любимый сын, и еще ты, дети.
Я помолчала, переваривая все, что она сказала.
Потом встала, подошла к ней.
— Вера Павловна, я не держу зла. Но если вы ещё раз попытаетесь навредить мне или моей семье, я не остановлю Вадима. Он уедет. И вы действительно больше никогда нас не увидите.
— Я поняла, — она кивнула. — Спасибо тебе, что поговорила со мной.
Она встала, улыбаясь посмотрела на меня и вышла.
* * *Через неделю Вадим повёз меня на УЗИ.
Он очень нервничал.
Мы сидели в кабинете, смотрели на монитор.
Врач водила датчиком по моему животу, прошло уже несколько минут, но она продолжала процедуру.
Я уже начала волноваться что что — то не так.
Вадим сильнее сжал мою руку, тоже волновался.
Врач немного нахмурилась, потом подняла брови вверх и убрала наконец — то датчик.
— Дорогие родители, — сказала она. — У меня для вас сюрприз.
— Какой? — я напряглась.
— У вас двойня.
Я как — будто не расслышала.
— Что?
— Двойня, — она улыбнулась, развернула монитор. — Видите? Два сердечка. Два плодных яйца. Всё в порядке, развиваются нормально.
Я смотрела на экран, на две маленькие точки, и не могла вымолвить ни слова.
Вадим продолжал сжимать мою руку и смотрел на монитор.
— Двойня, — повторил он. — Двое детей.
— Двое,