Библиотека

Последний ребенок стр. 180

Размер шрифта
-
+
Тема

напряженной позе, положив на колени бледные, бескровные руки. Дорога шла на север с небольшим отклонением к западу. Из вентиляционных отверстий бил холодный воздух, и Хант, когда представлялась возможность, наблюдал за Кэтрин в зеркало. В ее глазах еще оставались крохи надежды. Джек мог ошибаться. А мог и не ошибаться. Так или иначе, глубина шахты – семьсот футов, и в самом низу стоит холодная, черная вода.

Шансов на хеппи-энд немного.

Перед мостом, на котором убили Дэвида Уилсона, Хант притормозил. В окно выглянул только Джонни. Зеркало реки отражало высокое голубое небо, глинистые берега скрывала буйная зелень. Еще через милю дорога пошла

в подъем, отворачивая от реки в сторону невысоких холмов. Поля постепенно сменились лесом. Сосен в этой части округа было мало, на бедной, невозделанной каменистой почве преобладали лиственные деревья. Красиво, да, но грунтовые воды лежали глубоко, под гранитом, и колодцы обходились недешево. И все же кое-кто селился и здесь. За окном промелькнули с десяток домишек, пара трейлеров, но потом и их стало заметно меньше.

Хант свернул на узкую дорогу и проехал по однополосному мосту, переброшенному через мелкую речушку. Чем глубже в лес, тем у́же становилась видимая полоса неба. Время близилось к пяти, а солнце садилось в восемь.

– Почти на месте, – сказал он.

Кэтрин обняла сына.

Проехали покосившийся дорожный знак «ИСТОРИЧЕСКАЯ ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТЬ ОКРУГА РЕЙВЕН. 2 МИЛИ». Поверх этой надписи другая: «ЗАКРЫТО». На щите виднелись дыры от пуль.

За еще одним мостиком твердое покрытие закончилось. Справа, под деревьями, стоял на колодках видавший виды трейлер, старый, односекционный. У передней двери маялся разбитый пикап. Сбоку на трейлере висел бак для пропана. У ручья стояли садовые стулья. К заднему борту пикапа прислонился моложавого вида мужчина – за двадцать, небритый, худой и загорелый. В руке он держал банку пива, пустые во множестве валялись в кузове. Джонни поднял руку в знак приветствия, и мужчина, дружелюбно прищурившись, ответил тем же. За спиной у него на крыльцо ступила молодая женщина, толстая и с сердитым лицом. Джонни снова поднял руку, но она оставила его жест без внимания и смотрела вслед, пока они не скрылись за поворотом.

– Некоторые недолюбливают чужаков, – сказал Хант. – И так далеко забираются немногие. Не стоит беспокоиться.

Они проехали еще милю и уткнулись в заброшенную автомобильную стоянку. Сквозь гравий пробивалась трава. Заметив под навесом большую карту, Джонни направился к ней.

– Я знаю, где шахта, – сказал Хант. – К ней ведет главная дорожка.

Пешком шли минут десять, миновав несколько предупреждающих знаков, а потом вдруг оказались перед выработкой футов в двенадцать в поперечине. Заросшая травой колея уходила в лес. Заржавевшие рельсы лежали на сгнивших шпалах, от которых все еще пахло креозотом.

Джонни подошел к выработке. Песчаный грунт как будто колыхался под ногами.

– Не надо!

Он оглянулся на мать и наклонился. В лицо ударил прохладный и сырой воздух. Каменные стены уходили в зияющую темноту.

– Мы приезжали сюда с классом. Тогда здесь были веревки. Чтобы дети не приближались.

Закрепленные бетоном столбики еще остались, но веревок уже не было; либо их украли, либо они сгнили. Джонни помнил тот день. Пасмурный. Прохладный. Учителя сказали, чтобы дети взялись за руки, и никто из девчонок не хотел держать за руку Джека.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.