Последний шанс палача стр. 127
лица, а микроавтобусы колонну замкнули. Будто БТР-ы в далеких отсюда горах. Глеб от этой картины, наконец, собрался, даже плечом повел, нащупывая автоматный ремень – без толку, разумеется. Мирная земля. Ближнее Подмосковье на финише стабильных «нулевых» – беспредел уже забылся, никто давно не «делит асфальт», а бандитская романтика откочевала в кино. Не поймешь даже, за каким таким катит в лес колонна машин, набитых угрюмыми харями!
- Ну, вот и приехали. Вовремя, как положено. Ты готов идти вперед и стать героем, или ну его нафиг?
- Да я как пионер, только свистни!
Поляна, костровища, раскиданный мусор. Полнейшее отсутствие хомо сапиенс – равно как и прочих форм жизни крупнее жука. «Нива» протянула вдоль края пустоши, «порше» тормознул почти сразу, и один из автобусиков прикрыл его, а второй остался чудь позади. Грамотно встали, не по-бандитски.
- Эх, хорошо в деревне летом! – заявил Макс со здоровым пафосом любителя пикников. Двинулся вразвалку по мусору и прочей мерзости, Глеб выбрался следом, и лес оглушил его тишиной. Мокрый лес, настоянный на хвое и травах, будто не было этого месяца и горящих торфяников, а вокруг по-прежнему Златогорье.
- Шеф, кажись, едут, - пробасил один из крепышей, оказавшийся, ненароком, чуть позади Макса. Под футболкой с рисованным волчьим оскалом вытарчивали углы – наверняка, броня, вполне серьезной категории. Будет телом шефа закрывать. Водитель тоже выбрался, лязгнул затвором «ремингтона», а контрагенты въезжали уже на поляну с другой стороны. Три громадных «гранд-чероки», похожие на танки и на гробы, одновременно.
- Опапусеньки, ка-акие мы крутые! – протянул Макс почти уважительно, на самой грани стёба. – Коля, ты здесь? Снимай давай!
***
Микроавтобусы не понравились Серафиму еще на подъезде. Не вписывались в тему. Встали, опять же, не по-людски, боком к поляне, будто палить собрались изо всех дверей! Четверо противников стоят уже перед машинами, у одного «помпа» в руках, да и прочие дверцы вовсю лязгают. Народ наружу лезет – сплошь крепкий и коротко стриженый, с ружьями наперевес. Тоже, значит, осторожничают, привезли разрешенное, гладкоствольное.
- Выходим, братья, - приказал Серафим (нет, Сергей уже, наверное), оглядывая поляну еще разок. Из автобусов, вроде, все вылезли, не должно внутри остаться подлянок, двадцать человек с оружием стоят расслабленно у машин, да и БЕГЛЕЦ особо не напрягается. Вон он, рядом с вальяжным хлыщом в яркой рубахе. Еще стекло из-за «нивы» отблескивает – прицел?! Зеркало? Камера, оказывается. Решили, клоуны, шоу сделать?
- Только не торопитесь, - попросил Серафим угрюмого Мастера. – Я вылезу, гляну, чтоб всё ровно.
- Ты забыл мои слова и снова суетишься.
- Просто, страхуюсь! – обозлился Серафим на эту снисходительную отстраненность, аж плюнуть захотелось. Сдержался, только лязгнул затвором ружья, без надобности. Отличная охотничья пятизарядка МР-153, боекомплект в магазин давно забит, и нечего тут щелкать уже! Пять патронов «магнум», набитых братом Игнатием собственноручно, а потому надежных на все сто. В каждый поверх усиленного заряда вложена «связка», жестокое охотничье изобретение – пять картечин, просверленных насквозь и объединенных двойной тонкой леской. На близкой дистанции «связка» раскрывается кольцом, бьет как разрывная пуля.
- Всё, я пошел…
***
Исторический боевик – вот на что это было похоже. Угрюмые лица, встрепанные волосы, бороды, усы, мрачная