Последний шанс палача стр. 132
На него, Мастера глядящий!
Две подряд вспышки, и еще два удара многотонной дубиной – в грудь и в живот. Потом голова Володи брызнула, вдруг, многоцветным фонтаном, сосны и трава поменялись местами, небо бросилось в глаза всей ослепительной синевой.
«Уберите свет!» - подумал человек, бывший когда-то полковником Вендерецким и почти успевший стать Великим Вождем. – «Почему так ярко?! Приглушите!».
Губы его шевельнулись, выпустив красную пену, глаза хотели закрыться, но не смогли уже.
«…и это ВСЁ?!! Глупо как…»
Додумать он не успел.
***
Глеб упал первым – еще до начала мясорубки. Увидел, как вспыхнуло первое пятно на прямой спине Мастера, как тот разворачивается, как телохранитель творит немыслимое, шмаляя из под локтя в собственного шефа. Понимать и разбираться поздно – только падать. Три подряд пистолетных выстрела, один ружейный, гулкий, потом вразнобой, со всех стволов. Банки, окурки и гондоны перед глазами… плевать… ползти! Быстрее, еще быстрее, под тугой свист нагретого воздуха! Потом пришел новый звук, давно забытый, но пробирающий до дрожи в костях – будто две громадные швейные машинки заработали длинной строчкой, погасив ружейную трескотню. Последние метры, колеса, ноги чьи-то. Пряный запах пороха как на охоте, в открытие сезона.
- Вот и сходили за хлебушком, - подытожил Глеб, укрываясь, наконец, за скатом. – Это, ёптыть, за мои же деньги и вот так?!
На этой мысли его достали – сзади, прикладом по затылку. Дальнейшее шоу, оплаченное Глебом Воропаевым, творилось уже без него.
***
Четвертый выстрел до начала мясорубки принадлежал Серафиму. Шустрого парня Володю бывший опер всегда недолюбливал, а потому удивления не возникло ни на грамм. Пальнул навскидку, почти не целясь, но тяжелая картечная «связка» угодила Володе в голову. Лучше разрывной пули сработала. Еще два выстрела ушли по шеренге вражеских бойцов, потом ружья забухали в ответ, и пришлось, наконец, падать самому. Братья воинским опытом не владели – так и стояли во весь рост, дергая помповые затворы, вражья сила, напротив, заныкалась по укрытиям, и привстать им пока не удастся. Самое время ползти за Мастером, доставать вождя живым или мертвым.
В этот момент купейные дверцы «тойот» отъехали разом, обнажив совсем не пустое нутро.
Пулеметы!!!
Два армейских ПК с зелеными патронными коробами, установленные прямо на сиденьях. Заботливо обложенные бронежилетами – армейскими, опять же, тяжелыми, недоступными стрелковому оружию.
«П…ц!!!» - успел подумать Серафим-Сергей совсем не благочестиво, прежде чем пулеметные мобильные гнезда ЗАРАБОТАЛИ.
И настал ад.
Большинство братьев срезало в первые секунды, кое-кто успел рухнуть и откатиться даже – свинцовая строчка с высоты автомобильного сиденья нашла их везде. Просели на скатах громадные «гранд-чероки», зеркальный лак превратился в уродливое решето, стекла брызнули и осыпали все вокруг тусклыми алмазами. Брат Михаил, лишенный слуха и речи, брат Захария… просто тела теперь. Как и Мастер. Как и сам Серафим, живущий до сих пор по чистой случайности. Красивая идея на глазах рассыпалась в прах, и не было больше ни Серафима, ни Сергея. Осталось подняться в рост, принять свой кусочек общей судьбы, потому что завтра уже не будет.
Картечный заряд достал Серафима аккурат на подъеме – в грудь лупанул, вышибив воздух. Земля ударила по спине, попытался вдохнуть… получилось, в отличие от Мастера. Свинцовые шарики застряли в многослойном