Последний секрет Парацельса стр. 125
ты так орешь-то? – удивился он. – В институте Земцова. Надо же, отец с ним близко знаком…
Не слушая Олега и схватив пульт, я усилила звук.
– …четыре пожарные бригады, – вещал журналист, стоящий на фоне пылающего здания. – Несмотря на все усилия, огонь потушить пока не удалось. По предварительным оценкам, зданию уже нанесен непоправимый ущерб, но самый главный вопрос, который пытаются решить пожарные, – есть ли жертвы. По словам очевидцев, взрыв прогремел в восемь часов утра. Работа в институте обычно начинается не раньше десяти часов, и возможно, никто не пострадал. Выдвигаются самые разные версии, но пока что главная из них – взрыв газовых баллонов в подвале здания. Антон Сорокин специально для НТВ.
– А теперь к другим новостям! – весело возвестила с экрана красотка в стильном пиджаке.
– Не может быть! – пробормотала я. – Этого… просто не может быть… Мне надо позвонить!
Как обычно, Лицкявичус сорвал трубку после второго же гудка, словно все время держал ее в руке.
– Да, знаю, – сказал он, прежде чем я успела произнести хоть слово. – Как раз смотрю телевизор.
– Карпухин не звонил?
– Он уже там. Обещал связаться со мной, как только получит хоть какую-то информацию.
– Господи, Андрей Эдуардович, как это могло случиться?
– Понятия не имею! – отрывисто ответил он. – Туполева взяли еще вчера, сразу после того, как я позвонил Карпухину. Он спал, как ребенок, и очухался только в КПЗ.
– А Руслан? – спросила я. – Я видела его и еще какого-то мужика с бритым затылком у дома Дениса.
– Без понятия. Сидите пока, Агния, дома: у вас ведь сегодня выходной, да? Вот и отдохните. Я извещу вас, как только появятся новости.
Лицкявичус повесил трубку, как обычно, без предупреждения. Я оглянулась и увидела Шилова. Он стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, и, разумеется, слышал весь наш разговор.
– Думаю, – сказал он, – ты хочешь мне что-то рассказать.
Новости появились лишь к вечеру. До этого у нас с Олегом состоялся серьезный разговор. К
счастью, он, вопреки обыкновению, не стал меня ругать: видимо, уже свыкся с тем фактом, что я все равно не брошу работу в ОМР. Кроме того, ну не предполагала эта работа никакого риска – просто так вышло, случайно, как обычно! Кто мог подумать, что Туполев, врач, ученый, окажется отморозком?
Когда позвонила Вика, я уже успела убрать квартиру, приготовить ужин и позвонить Дэну и маме, чтобы выяснить, как у них дела, – ведь со вчерашнего дня мы не общались. К телефону подошел сынуля и радостно заявил мне, что работа над портретом Пятницкой завершена. Правда, он чувствовал себя не в своей тарелке, боясь, что здорово погрешил против истины, рисуя ее, так как портрет выглядел, по крайней мере, лет на двадцать моложе реального возраста. Тем не менее сын утверждал, что Полина пришла в полный восторг, увидев законченную картину, и обещала рекомендовать Дэна всем своим знаменитым друзьям и знакомым. В общем, если не считать мелочей, настроение у сына было самым что ни на есть радужным, и этому, разумеется, весьма способствовала кругленькая сумма, выплаченная Пятницкой. Учитывая это, я поняла, что в ближайшие дни вряд ли застану Дэна дома: у него много друзей, а они – обычные студенты и редко зарабатывают больше, чем можно получить в кафе или