Последний секрет Парацельса стр. 128
удивлению, Людмила выяснила, что отчет, подписанный ее именем, не имел ничего общего с тем, что представила Земцову она: он оказался сфальсифицирован и включал лишь некоторые из наиболее оптимистичных результатов, полученных Агеевой. Людмила, как мы знаем, была человеком принципиальным и не могла смириться с тем, что ее именем прикрыли явную фальшивку. Земцов же, в свою очередь, считал, что, заплатив Агеевой якобы за исследования, купил и ее молчание. Верно, Виктор Сергеевич? Вы поэтому ругались с бывшей женой накануне вечером? Вашу ссору слышала тетка Людмилы.
Агеев мрачно кивнул.
– Я пришел, потому что меня попросили… поговорить с Людой. Она влезла в то, что ее не касается: в конце концов, она же получила свои деньги!
– Да, вам же этого казалось вполне достаточно! – презрительно усмехнулся Лицкявичус.
– Но она ничего не желала слушать, – не обращая внимания на эти слова, продолжил Виктор. – Собиралась отправиться к Земцову и устроить скандал. Кричала, что не допустит, чтобы ее вовлекали в фальсификацию с целью получить правительственное финансирование.
– Вы предложили ей деньги?
Виктор кивнул.
– Большую сумму, но Люда осталась непреклонна. Я ничего не смог поделать, но я… клянусь, я понятия не имел, что она… что ее…
– Интересно, а на что вы рассчитывали, зная, что именно находится на кону? – спросил Карпухин. – Что вашей бывшей
жене позволят обнародовать настоящие результаты и уличить Земцова и его сотрудников в мошенничестве? Кстати, Людмила не ограничилась только этим. Она лично собиралась обзвонить независимых экспертов, которые также работали над отдельными проектами по заказу института. Агеева не сомневалась, что большинству из них не все равно, какую белиберду напишут под их фамилиями! Кроме того, она предприняла собственное небольшое расследование и выяснила кое-какие – довольно серьезные, между прочим, – нарушения в работе института, в том числе и отсутствие необходимых разрешений на проведение экспериментов с участием людей. Вот из-за этой своей принципиальности, можно сказать, Людмила Агеева и умерла. Естественно, она не верила, что такое возможно. Ваша бывшая жена считала, что врачи и ученые не станут действовать, как матерые уголовники. Не учла она только один фактор: деньги. Деньги делают из в общем-то приятных людей настоящих монстров, а если уж материальный аспект сопряжен еще и с определенными амбициями (только представьте себе – найти ключ к бессмертию!), человек становится вообще неуправляемым из страха столь многое потерять.
– Никто не мог такого предположить, – тихо отозвался Виктор, обхватив голову руками. – Никто! Да, я предупреждал Люду, чтобы она не поднимала шума, говорил, что заниматься правдоискательством – не ее дело, просил, чтобы она приняла деньги и просто забыла обо всем… Ну не мог я представить, что Люду…
– Да уж, куда тебе! – прошипел Денис, все это время сидевший, словно прибитый к стулу. – Это ж мозги какие надо иметь, а ты ведь человек наивный, папа, тебя каждый обмануть может…
– Прекрати! – резко оборвал парня Лицкявичус. – Ничто не дает тебе права так разговаривать с отцом или, по крайней мере, с человеком намного старше тебя!
К моему удивлению, Денис спорить не стал и замолк, опустив глаза.
– Теперь мы знаем – почему, – подал голос Никита, – но кто же все-таки убил Людмилу? Туполев?
– Судя по методу – похоже. Однако наш доктор не сознается. Пока.
Это было любимое слово Карпухина.
– Тем