Последний удар сердца стр. 36
Снится мне, что снова я влюблен…»
И только припев «О, Gele!» звучал по-английски. Но манера исполнения была абсолютно кавказской, с голосовыми подводками. Казалось, что звучит одна из абхазских народных песен. Под нее, при желании, даже лезгинку можно было бы станцевать. От щемящей душу мелодии Катька совсем раскисла. На глаза навернулись слезы. Ей стало так жалко и Коляна, и себя саму. Лаша мял ее колено под столом. А Марат пел, полуприкрыв глаза. Одна песня сменяла другую.
Домой к Лаше поехали все втроем на машине Марата. Хмельная Катька заплаканными глазами смотрела на ночное море. Ветер трепал ее волосы. Лацужба, обняв женщину за плечи, прижимал ее к себе и шептал на ухо нежные слова.
Во дворе дома одуряюще пахло цветами.
— Подожди на террасе, — обратился Лаша к Марату. — Я сейчас вернусь, твое от тебя не уйдет, — и повел Катьку в дом.
— Спасибо тебе за вечер, — сказала женщина.
— Чего уж там. Я же твой жених, должен был поддержать в трудную минуту. Решаться, Катя, надо. Если в Москве не появлюсь и все не разрулю, плохо нам будет. А тебе там объявляться сейчас нельзя, — напомнил Лацужба о делах.
— Коля говорил, чтобы никому и никогда, — прошептала Катя, но по ее голосу можно было догадаться, что она готова поступиться дельным советом покойного брата.
— Понимаю, — покачал головой Лаша. — Когда большие деньги на кон поставлены, то стремно становится. Давай так сделаем: коды, номера счетов мне знать необязательно. Ты со своего ноутбука лавешки поставщикам сбрось, сама с ними переговори по телефону. А я их товар в Москве и встречу. Идет? Не стану же я тебя бросать в такой ситуации, когда у меня только половина обрубленных концов связей.
— Не станешь. Так и сделаем, — обрадовалась компромиссному предложению Катя.
— Чего тогда тянуть? — пожал плечами Лаша. — Прямо сейчас бабки им сбрось, обо всем переговори, — он заглянул Шпаликовой в глаза. — Там же, где они живут, сейчас день?
— Сделаю.
— Пошли.
Лацужба повел Катю в спальню. Шпаликова села к трюмо, сдвинула свою косметику к краю, поставила перед собой ноутбук, положила мобильный телефон.
— Мне твои секреты знать необязательно, — Лаша зажег свет над трюмо, вышел и демонстративно закрыл за собой дверь, оставив Катю одну.
Шпаликова вздохнула, посмотрела на свое отражение, провела кончиком пальца по морщинкам в уголке глаз.
— А позавчера их еще не было, — прошептала она и стала набирать длинный номер на трубке мобильного.
Лацужба тем временем отпер кладовку. На полке тускло мерцал монитор ноутбука, подсоединенного к камере, установленной в спальне. Теперь он мог видеть, какие клавиши нажимает Катя, что появляется на экране ее компьютера.
— Вот дура, развелась на три копейки, — восхищенно похвалил самого себя Лаша.
Вскоре он уже курил на террасе вместе с Маратом. Гитарист сжимал в руке только что полученный от Лацужбы увесистый пакет с долларами.
— Все чин-чинарем, — Лаша улыбался. — Ты работу сделал. Я тебе и заплатил. Одного только понять не могу. На хрена ты еще и Топора с полканом Панкратовым завалил?
— Не валил я их. Тут мутка какая-то. Но это твои проблемы.
Лацужба задумался…
Катя ждала Лашу в постели. В мыслях вела заочный диалог с убитым братом, пыталась убедить «его» в том, что поступила правильно. Конечно же, на самом деле она убеждала себя.
Лацужба проскользнул в спальню, тут же выключил свет,