Пособие для новобрачных стр. 38
бизнесе. Понимаете…
Тут Катерину посетило вдохновение, и она стала врать настолько вдохновенно, что сама поверила в эту немыслимую историю…
— …Понимаете, Сергей Андреич, у нас ведь тьма клиентов и деловых партнеров тут селится. И вот до нас стали доходить всякие неприятные слухи.
Тут в коридоре показался управляющий, из-за плеча которого выглядывал бармен-ябеда. Катерина мстительно возвысила голос.
— Говорят, персонал хамит, в баре постоянно сидят девушки трудной судьбы, портье вымогают чаевые!
Управляющий издал негодующее кудахтанье. Бармен сбежал. Куприянов не обратил на них никакого внимания. Он задумчиво смотрел на губы Катерины Голубковой и очень хотел их поцеловать. Катерину несло дальше.
— …И вот мы решили сами проверить, как обстоят дела с этим отелем. К сожалению, кое-что оказалось правдой. Начать с того, что эта горилла (обиженное пыхтение от дверей) не пускает меня обратно в бар, а мне нужно предупредить Наталью Зотову, что Александре пришлось срочно уехать. Видимо, здесь с подозрением относятся к женщинам без спутников! На Западе за такое судятся — и выигрывают дела.
Куприянов с улыбкой взял ее за руку.
— Считайте, что спутник у вас уже есть.
Управляющий пискнул:
— Произошла ужасная ошибка, я как раз искал вас, чтобы извиниться…
Катерина царственно привалилась к боку Куприянова.
— Ошибкой было бы в дальнейшем рекомендовать нашим клиентам селиться в вашем отеле!
В этот момент в холле появились партнеры, и один из них, высокий и плечистый крепыш с румяным не по-московски лицом, воскликнул:
— Вот это я понимаю! Рабочий день закончился — а девчонки все пашут на родную фирму. И какие девчонки! Купер, представь нас даме.
Сергей совершенно явственно ощутил укол ревности и покрепче прижал к своему боку Катерину.
— Знакомьтесь, Катя. Это — наш партнер из Новосибирска, Пал Васильич Колобков. Герман Алексеевич. Фрэнк Шатлдор. А это — Катерина Голубкова, моя сотрудница и э-э… сотрудница.
Румяный Пал Васильич схватил своими ручищами Катину руку и с жаром подергал за нее.
— Катерина, вы должны пойти с нами и выпить по рюмочке за успех нашего безнадежного предприятия.
Катерина застеснялась — Колобкова было очень много.
— Ох, я не думаю, что это удобно, вы будете говорить о делах…
Куприянов решительно отбил ее у Колобкова.
— О делах мы уже поговорили, теперь пришло время отдыха. Пойдемте с нами, Катя. Я вас никуда не отпущу.
Шумная компания расселась за столиком в баре. Колобков принялся рассказывать анекдоты, периодически хлопая кротко улыбающегося молчуна-англичанина Фрэнка Шатлдора по плечу. Пожилой хитрован Герман Алексеевич галантно ухаживал за Катериной. А Куприянов сидел и смотрел на нее во все глаза. Единственное, о чем он мог думать, — так
это о том, что над их головами находится четыре этажа, буквально набитых кроватями. И Куприянову требуется всего одна из них.
Катерина была в панике. Во-первых, Наташка — куда она делась? Во-вторых — в глазах у Куприянова уже целая иллюминация, а не огонек, но черт его знает, надо уточнить, может, это не по ее поводу, а от счастья, что удачно переговорил с партнерами? В-третьих, на нее сидят и смотрят с восхищением аж четыре мужика — и как назло, проклятые подружки не видят этого триумфа. А на слово не поверят, особенно Шурка, змея несчастная.
Но куда могла свалить Наташка?
Колобков навис над