Посох и шляпа стр. 101
был не какой-нибудь крупный, важный камень, а малыш-трудяга, терпеливо выполняющий свою долю работы на благо всей стены. Он тоже дрожал.
– Тс-с, – прошипела Канина.
– Я ничего не слышу, – громко заявил Найджел.
Он относился к тому типу людей, которые, услышав предупреждение «Не смотри», тут же поворачивают голову, точно сова на крутящемся столике. Это те самые люди, которые, когда вы указываете, скажем, на необычный крокус, растущий рядом с ними, неуклюже разворачиваются, опускают ногу – и сразу раздается тихий, печальный хлюпающий звук. Если они теряются в лишенной дорог пустыне, вы можете их найти, положив на песок что-нибудь маленькое и хрупкое – например, бесценную старинную чашку, которая хранилась в вашей семье несколько поколений. Вскоре вы обязательно услышите хруст фарфора. Но как бы то ни было…
– В этом-то все и дело! Что, война уже закончилась?
С потолка на шляпу Ринсвинда каскадом посыпалась известка.
– Что-то действует на камни, – негромко проговорил он. – Они пытаются вырваться на свободу.
– И мы находимся как раз под целой кучей таких камней, – заметила Канина.
Сверху послышался скрежет, и вниз ударил луч дневного света. К удивлению Ринсвинда, внезапная смерть под завалом их не постигла. Затем снова раздался треск, и дыра в потолке увеличилась. Из нее выпадали камни, но падали они вверх.
– Думаю, – сказал Ринсвинд, – сейчас самое время проверить, как работает ковер.
Стена рядом с ним встряхнулась, как собака, и медленно развалилась на куски. Уносящиеся прочь обломки несколько раз сильно задели Ринсвинда. Окруженные вихрем взлетающих камней четверо беглецов упали на голубой с золотом ковер.
– Надо отсюда выбираться, – в очередной раз отпустил проницательное замечание Найджел.
– Держитесь, – посоветовал Ринсвинд. – Я прикажу ковру…
– Нет, – оборвала его Канина, становясь рядом на колени. – Я ему прикажу. Тебе я не доверяю.
– Но ты…
– Заткнись. – Она похлопала по ковру и скомандовала:
– Ковер, поднимайся.
Наступила тишина.
– Вверх.
– Может, он не понимает тебя? – предположил Найджел.
– Пари. Левитируй. Лети.
– А может, он повинуется только конкретному голосу…
– Отстань.
– Он не двигается, – сказал Найджел. – Попробуй «вознесись».
– Или «взмывай», – вмешался Креозот.
В дюйме от его головы просвистело несколько тонн взлетающих с пола плиток.
– Наверное, он бы уже отозвался, если бы вообще собирался это делать… – проворчала Канина.
Окружающий ее воздух загустел от пыли, оседающей с трущихся друг о друга камней. Девушка забарабанила по ковру кулаками.
– Взлетай, ты, чертова подстилка! Ай!
Кусок карниза чиркнул ее по плечу. Она раздраженно потерла ссадину и повернулась к Ринсвинду, который сидел, положив подбородок на колени и надвинув шляпу на лоб.
– Почему ничего не действует? – осведомилась она.
– Потому что ты говоришь неправильные слова, – отозвался он.
– Он что, не понимает нашего языка?
– Язык тут ни при чем. Ты упустила нечто более фундаментальное.
– Ну?
– Что «ну»? – фыркнул Ринсвинд.
– Послушай, сейчас не время подчеркивать свое превосходство!
– Ты пробуй, пробуй, не обращай на меня внимания.
– Заставь его взлететь!
Ринсвинд еще глубже натянул шляпу на уши.
– Пожалуйста? –