Посох и шляпа стр. 128
с легким удивлением.
– Нет, подожди, – приказал он. – Я хочу поговорить с этим человеком.
Он уставился на Ринсвинда, который от хронического недосыпа, ужаса и передозировки адреналина неуверенно покачивался взад-вперед.
– Может, он волшебный? – с любопытством спросил мальчик. – Или это носок аркканцлера? Носок, дающий силу?
Ринсвинд сосредоточился.
– Нет, не думаю, – наконец сказал он. – По-моему, я купил его в какой-то лавке. Гм. И где-то у меня есть еще один.
– Однако в нем лежит что-то тяжелое?
– Гм. Да, – подтвердил Ринсвинд. – Половинка кирпича.
– Значит, это она обладает силой?
– Э-э. Ну, ею можно останавливать всякие вещи. А возьми еще половинку, и получится целый кирпич.
Ринсвинд говорил медленно, осмысливая ситуацию и наблюдая за тем, как посох в руке мальчика зловеще поворачивается.
– Итак, это самый заурядный кирпич, помещенный внутрь носка. А все вместе становится оружием.
– Гм. Да.
– И как же оно действует?
– Гм. Его надо раскрутить, а потом. Ударить. Иногда попадаешь себе по руке. Но редко.
– И, раз ударив, он, наверное, уничтожает целый город? – догадался Койн.
Ринсвинд посмотрел в золотистые глаза паренька и перевел взгляд на свой носок. Он снимал и надевал его по несколько раз в году
в течение вот уже многих лет. На носке попадались заштопанные места, которые он со временем узнал и полю… в общем, узнал. Некоторые из бывших дыр были окружены целыми семьями более мелких штопок. Существовал целый ряд определений, которые можно было бы присвоить этому носку, но «разрушитель городов» в их число не входило.
– Не совсем, – признался Ринсвинд. – Он вроде как убивает людей, но здания остаются на месте.
Его мозг функционировал со скоростью дрейфа континентов. Какая-то часть его сознания твердила ему, что он стоит перед чудесником, но это вступало в прямое противоречие с тем, что говорили другие части. Ринсвинд довольно много слышал о могуществе чудесника, о посохе чудесника, о коварстве чудесника и так далее. Вот только о возрасте чудесника никто не упоминал.
Ринсвинд взглянул на посох и медленно спросил:
– А эта штука что делает?
«Ты должен убить его», – вдруг произнес посох.
Волшебники, которые начали было осторожно подниматься, снова бросились на пол. Голос шляпы был достаточно неприятным, но голос посоха был отвратительно металлическим и четким. Он не советовал, а просто констатировал то, каким должно стать будущее. Его нельзя было оставить без внимания.
Койн двинул рукой – и остановился.
– Зачем?
«Ты должен повиноваться мне».
– Тебе вовсе не обязательно это делать, – торопливо вмешался Ринсвинд. – Это всего лишь неодушевленная штуковина.
– Не понимаю, почему я должен причинять ему вред? – пожал плечами Койн. – Он выглядит таким безобидным. Словно рассерженный кролик.
«Он бросает нам вызов».
– Только не я, – возразил Ринсвинд, пряча руку с носком за спину и пытаясь не обращать внимания на позорное сравнение с мелким грызуном.
– Почему я всегда должен делать то, что ты мне говоришь? – допытывался Койн у посоха. – Я постоянно следую твоим приказам, но людям от этого только хуже.
«Люди должны бояться тебя. Неужели ты так ничему и не научился?»