Посох и шляпа стр. 77
рассеянно бормотали что-то в лекционных залах или благожелательно рассматривали мир с территории университетского городка. Эти лица не были созданы для зла. Ни одно из них не могло похвастаться клыками. Но в их выражениях присутствовал некий общий знаменатель, который мог привести в ужас умеющего мыслить человека.
Найджел почувствовал, что его оттаскивают за оказавшуюся поблизости стену, и обнаружил, что смотрит во встревоженные глаза Ринсвинда.
– Это же магия!
– Знаю, – отозвался Ринсвинд. – И она неправильная!
Найджел глянул вверх, на сверкающую башню.
– Но…
– Я чувствую ее неправильность, – сказал Ринсвинд. – Только не спрашивай, как.
С полдюжины серифовых стражников выбежали из сводчатой двери и бросились на волшебников. Этот безудержный натиск производил жуткое впечатление – и все благодаря жуткому боевому молчанию воинов. Их сабли грозно засверкали на солнце, но пара волшебников оглянулась, вытянула руки и…
Найджел отвернулся.
– Уф, – вырвалось у него. Несколько сабель упали на камни мостовой. – Думаю, нам надо тихонечко сматываться, – заметил Ринсвинд.
– Но разве ты не видел, в кого они только что превратились?
– В покойников. Знаю. Даже думать не хочу об этом.
Найджел подумал, что уж он-то никогда не перестанет думать об этом – особенно это воспоминание будет терзать его в три часа утра в ветреную погоду. Отличительной чертой убийства при помощи магии была гораздо большая изобретательность по сравнению, скажем, с убийством, совершенным сталью. Оно предоставляло вам кучу интересных, новых способов умереть, и Найджел никак не мог выбросить из головы те образы, которые предстали перед ним, перед тем как их милосердно поглотила волна октаринового огня.
– Не знал, что волшебники такие, – пожаловался он, пока они бежали по коридору. – Я считал их скорее, ну, глупыми, чем зловещими. Чем-то вроде клоунов.
– Ну так посмейся над этой шуткой, – пробормотал Ринсвинд.
– Но они только что убили стражников, даже не…
– Я бы предпочел замять эту тему. Я тоже это видел.
Найджел попятился. Его глаза сузились.
– Ты тоже волшебник, – обвиняющим тоном заявил он.
– Но не из таких, – коротко парировал Ринсвинд.
– А из каких же?
– Из тех, которые не убивают.
– Они смотрели на бедняг, словно на пустое место… – сказал Найджел, покачав головой. – Это было самое ужасное.
– Да.
Этот единственный слог тяжело, словно ствол дерева, упал на пути мыслей Найджела. Юноша вздрогнул, но, по крайней мере, заткнулся. Ринсвинд даже испытал к нему кратковременную жалость, что было весьма необычно – к жалости он относился бережливо и предпочитал использовать на собственные нужды.
– Ты первый раз увидел, как убивают человека? – осведомился Ринсвинд.
– Да.
– И сколько же ты был героем-варваром?
– Э-э… Какой сейчас год?
Ринсвинд заглянул за угол, но те люди, которые пребывали поблизости и в вертикальном положении, были слишком заняты паникой, чтобы обращать внимание на двух незнакомцев.
– Так ты был в дороге? – спокойно спросил он. – Потерял счет времени? Бывает. Сейчас год Гиены.
– О-о. В таком случае, около… – Найджел беззвучно пошевелил губами. – Около трех дней. Послушай, – быстро добавил он, – неужели люди могут вот так вот