Посох и шляпа стр. 80
черного, как полночь, – не вызвали к жизни некие потоки, струящиеся в глубинных расселинах его возбуждения. Просто его сознание было затоплено мощной волной паники, охватившей Ринсвинда при виде четырех стражников, поворачивающихся к нему с ятаганами в руках и с глазами, горящими жаждой убийства.
Ринсвинд, не колеблясь ни секунды, отступил назад.
– Передаю их тебе, мой друг, – объявил он.
– Замечательно!
Найджел вытащил меч и дрожащими от усилий руками выставил клинок перед собой.
Несколько секунд царило абсолютное молчание – каждый ждал, что будет дальше. А потом Найджел издал боевой клич, который Ринсвинд не забудет до конца своей жизни.
– Э-э, – сказал варвар, – извините…
– Мне кажется, это свинство, – заявил невысокий волшебник.
Другие ничего не ответили. Это действительно было свинство, и среди них не было ни одного, кто не ощущал бы у себя в позвоночнике жаркого поскуливания вины. Но, как часто случается благодаря странной алхимии, присущей человеческой душе, вина придала им самонадеянности и безрассудства.
– Закрой пасть, – посоветовал временный вожак. Его звали Бенадо Сконнер, но в этот день в воздухе витало нечто такое, что позволяло предположить, что вам не стоит запоминать это имя. Воздух был темен, тяжел и полон призраков.
Незримый Университет не опустел – просто в нем не стало людей.
Но шестеро волшебников, которых послали сжечь библиотеку, не боятся призраков, потому что они настолько заряжены магией, что практически гудят на ходу. Одежды, что на них надеты, великолепнее всех одежд, которые когда-либо носил сам аркканцлер. Их остроконечные шляпы более остроконечны, чем любые шляпы в мире. И причина, по которой волшебники стоят так близко друг к другу, – чистая случайность.
– Здесь ужасно темно, – признался самый младший из волшебников.
– Сейчас полночь, – отрезал Сконнер, – и единственное, что здесь есть опасного, – это мы. Правда, ребята?
Волшебники пробормотали в ответ что-то неопределенное. Все они относились к Сконнеру с благоговейным трепетом, потому что он, по слухам, прошел курс упражнений по позитивному мышлению.
– И мы ведь не боимся каких-то старых книжонок, а, парни? – Он пристально посмотрел на самого маленького волшебника. – Вот ты не боишься?
– Я? О-о. Нет. Они же бумажные, так он сказал, – быстро отозвался тот.
– Ну вот.
– Имей в виду, их девяносто тысяч, – вставил другой волшебник.
– Мне всегда говорили, что их там тьма-тьмущая, – поделился еще один. – Я слышал, здесь задействованы измерения, и вроде как то, что мы видим – это только вершина… как его там?… ну,
той штуковины, что в основном находится под водой…
– Гиппопотама?
– Аллигатора?
– Океана?
– Заткнитесь все! – рявкнул Сконнер и запнулся.
Тишина всосала в себя звук его голоса. Она заполняла воздух, точно перья.
Предводитель взял себя в руки и со словами: «Ну, ладно», – повернулся к грозным дверям библиотеки.
Подняв руки, он сделал несколько замысловатых пассов, во время которых его пальцы самым обескураживающим образом проходили друг сквозь друга, и разнес двери в щепки.
Тишина волнами ринулась обратно, поглощая звук падающих обломков.
Можно было не сомневаться, что двери разлетелись вдребезги. С косяка, подрагивая, свисали четыре одинокие петли, мусорной кучей валялись