Потомственная девственница желает познакомиться стр. 2
оступилась, упала. Перед глазами появились и замерцали десятки звезд, больших и маленьких, а затем я погрузилась во тьму.
Пришла в себя я в темном душном помещении. Открыв глаза, поняла, что практически ничего не вижу. Только из небольшого проема неподалеку заметен был лучик света, ускользавший все дальше.
Темных помещений я не любила с детства, с того самого дня, когда во время игры в прятки с мальчишками залезла в чулан и там заснула. Искали меня потом долго. И влетело мне от матери сильно.
А еще я не любила двигавшихся помещений. А в том, что я куда-то двигалась, сомнений не оставалось: я чувствовала всем телом раздражавшую меня тряску.
— Откройте! — требовательно закричала я, боясь притрагиваться к чему-либо вокруг. Мало ли, где или в чем я нахожусь. — Немедленно откройте! Выпустите меня! Откройте!
Какое-то время ничего не происходило, затем «помещение» остановилось, и появился проем, причем довольно широкий. Похоже, открыли или дверь, или окно.
— Выпустите меня! — приказала я лицу, появившемуся в проеме.
Лицо, относительно молодое, лет сорока, не больше, с усами и бородой, недовольно скривилось:
— Послушайте, ронья Анастасья…
Куда там! Никогда и никто не смеет вставать между мной и свободой!
Глаза к тому времени немного обвыклись, чернильная тьма меня уже не окружала, а потому, не слушая, что говорит лицо, я активно началась выбираться наружу.
Руки и ноги слушались свою хозяйку просто отвратно, видно, затекли во время поездки, а потому на выходе я чуть не споткнулась. И лететь бы мне носом вниз, но у лица внезапно появились две руки и тело. Эти-то руки меня и подхватили, а потом аккуратно опустили на землю.
— Ронья Анастасья, — владелец лица, высокий голубоглазый брюнет, одетый почему-то в камзол века восемнадцатого, если не семнадцатого, с ботфортами на ногах, смотрел раздраженно, — нам надо ехать! Вас ждут в замке.
— Подождут, — отрезала я и сама не узнала своего голоса. Тонкий, ломкий, как у девчонки какой-то.
На глаза случайно попались пальцы: длинные, вытянутые, как у пианистки. Явно не мои. Чтобы удостовериться в этом, я пошевелила ладонью. Пальцы пришли в действие. Да что за бесовщина тут происходит?!
Глава 2
— Ронья Анастасья, — да что ж он такой настойчивый-то?!
А кстати… Я повернулась спиной к говорившему, внимательно осмотрела транспортное средство, из которого вылезла.
Да чтоб его черви сгрызли! Карета! Натуральная карета! Тоже века так семнадцатого-восемнадцатого!
Я обернулась, краем глаза заметив толпу, что, оказывается, окружала нас с моим собеседником.
— Где мы?!
— Ронья Анастасья, я понимаю, вы не желаете ехать к жениху, но ваше поведение переходит все границы…
— Где мы?! Какое это место?!
— Княжество Дорское, естественно, — недовольно ответил собеседник.
Естественно?! Дыши, Настя, глубоко дыши. Вот так, правильно, умница. Раз, два, три. Раз, два, три. Если ты сейчас упадешь в обморок, лучше никому не станет. Естественно! Я глубоко вдохнула местный воздух и медленно произнесла:
— Мне нужно зеркало.
Не знаю, что уж увидел у меня на лице мой собеседник, но спорить он не стал: недовольно дернул уголком рта и приказал:
— Принесите ронье Анастасье зеркало! Быстро!
Зеркало принесли примерно через минуту. Все это время мы с моим собеседником молчали. Я внимательно оглядывалась, не следя за ним. Три кареты, несколько лошадей, всадники, одетые и как мой спутник,