Потусторонним вход воспрещен! стр. 119
он там лежит без сознания…
– Никуда не ходи! – одернула Анфису Надежда Николаевна. – Я сама проверю…
Она зажгла еще одну свечу, вышла из дверей квартиры, опасливо вглядываясь в темноту.
Возле лифта на полу что-то темнело.
Надежда наклонилась, посветила…
На полу лежал Виктор.
Надежда прикоснулась к бессильно отброшенной руке, нащупала пульс…
Пульс был, и достаточно четкий.
Она дотронулась до волос мужчины, которые показались ей темнее, чем обычно, – и тут же отдернула руку: волосы были в крови.
– Господи! – выдохнула Надежда, отшатнувшись.
Виктор пошевелился и застонал.
Надежда снова наклонилась, попыталась поднять его, но он оказался неожиданно тяжелым.
– Подожди минутку, родненький! – проговорила Надежда, хотя Виктор наверняка не слышал ее. – Подожди, сейчас я вернусь…
Она бросилась обратно в квартиру – позвать Анфису на помощь, позвонить в «Скорую», сделать хоть что-нибудь…
Но едва она вбежала в открытую дверь, какое-то дуновение погасило ее свечу.
Надежда застыла на месте. К ней разом вернулись все страхи.
– Кто здесь? – проговорила она охрипшим от волнения голосом.
Ей никто не ответил, но она увидела сочащийся из кухни неровный дрожащий свет свечи и бросилась на этот свет…
Картина, которую она увидела с порога кухни, врезалась ей в память надолго.
Пламя свечи, кое-как закрепленной на мелком блюдце, освещало два лица.
Одно – лицо Анфисы, искаженное тоскливым ужасом, предчувствием неизбежной смерти, и второе – мужское, которое, наверное, можно было бы назвать красивым, если бы не угрюмое выражение злобы и жадности, которое делало этого красавца похожим на огромную, загнанную в угол крысу.
Одной рукой он держал Анфису за горло, другой заносил над ее головой тяжелую стеклянную пепельницу. Казалось, еще секунда – и он нанесет девушке смертельный удар…
– Это еще кто?! – прошипел он, уставившись на Надежду, и поднятая для удара рука застыла на полпути.
– Георгий, как я понимаю? Быстро же вы успели! – отозвалась та, пытаясь потянуть время, и лихорадочно ища выход из тупика.
– Да что же это такое? – прошипел Жорж, двигаясь вместе с Анфисой навстречу Надежде. – Сколько еще вас тут?
– Всех не поубиваешь! – ответила Надежда.
Она отскочила в сторону, схватила со стола полный чайник и бросила его в ноги Георгию. Тот от неожиданности вскрикнул, запрыгал на одной ноге и выпустил Анфису. Надежда рывком потянула девушку к себе и торопливо задула единственную свечу. Тут же она бросилась в прихожую, таща за собой вяло переступающую Анфису. Сзади, из кухни, доносились ругательства и грохот – Георгий метался в темноте по кухне, поочередно натыкаясь на все предметы мебели.
– Бежим скорее, пока он не очухался! – выдохнула Надежда, подбегая к входной двери. – Главное – выбраться на улицу, а там вызовем полицию и «Скорую» для Виктора…
– Что с ним? – Анфиса резко остановилась.
– Да жив он, жив… сейчас нам о себе нужно думать…
И тут в лицо им ударил яркий луч света.
– Где он?! – раздался гневный, раздраженный голос. – Жорж, я знаю, что ты здесь!
– Мама?! – воскликнула Анфиса, инстинктивно прикрывая глаза ладонью от света.
– Это ты?! – Луч фонарика вздрогнул, сместился, заплясал по стенам прихожей. – Это ты, бесстыжая, пытаешься соблазнить Жоржа? Увести последнюю любовь у родной матери?! Мерзавка!
В это время за спиной у Надежды раздался топот, и в прихожую вылетел разъяренный Георгий.
– Жорж, что это значит? – выкрикнула